«Да что он о себе возомнил? Думаю, если я пару солдат поставлю на место, Эрвин против не будет». Он размахнулся и ударил развеселившегося солдата.

— Эй, ты чего творишь? Тебе жить надоело? — накинулись остальные.

— Это вам жить надоело? Если вы сейчас же не уберете отсюда свои поганые рожи, держите меня семеро, мало вам не покажется, — холодно проговорил Ривай.

Солдаты стояли не шелохнувшись. Взгляд Капрала пугал.

— Я дважды не повторяю, — напомнил Ривай.

Вожак «стаи» хотел было возразить, но его друг упрямо закрыл тому рот и прошептал:

— Пошли отсюда. Не будем руки марать из-за какого-то сопляка.

— Это ты зря сказал, — проговорил Ривай, который всё прекрасно слышал. — Похоже, чистенькими вы сегодня домой не доберётесь.

Подходя к ним, Капрал зловеще разминал кулаки. Солдаты уже были не рады, что начали эту заварушку.

Досталось им по самые «не хочу». Он не беспокоился о том, что маленький ребёнок во все глаза наблюдал за избиением. Он должен знать, как нужно обходиться с такими, как они. Ривай приподнял за горло над землёй одного из солдат. У того по всему лицу струилась грязная кровь.

— Назовись.

— Ч-что? — не понял мужчина.

— Я спрашиваю твоё имя, подразделение, должность… И чему только учат нынешнее поколение?

— Ленц Готтфрид. Капитан Городской стражи, — сдавленно ответил он.

Капрал резко отпустил его. Солдат упал на землю и закашлялся.

— Можешь попрощаться со своей должностью, капитан. Вам только тараканов пугать, — презрительно проговорил Ривай и повернулся к мальчику. Глаза того были широко раскрыты. — Не бойся, теперь всё хорошо.

Мальчик несколько минут смотрел на Ривая.

— Я верил, что не все солдаты такие плохие, как они. Верил. Ведь моя мама совсем другая и… папа… — проговорил он и потерял сознание.

— Что с ним? — спросил Ривай, вышедшего из комнаты доктора.

— Не переживайте. Всего лишь небольшой шок. Парень он крепкий, немного отоспаться и всё будет хорошо, — ответил мужчина.

Ривай молча кивнул и, закрыв за врачом дверь, прошёл к мальчику. Он лежал на кровати. Глаза его были закрыты, но длинные чёрные ресницы подрагивали.

— Я знаю, что ты не спишь, — прозвучал низкий голос Капрала.

Мальчик тут же поднялся с постели.

— Спасибо, что защитили меня.

— Как тебя зовут и что это за лекарства были у тебя в сумке? — сразу перешёл к делу Ривай.

— Шун. Моё имя Шун. А лекарства эти для моей мамы. Она никогда не болела, а сейчас всё время кашляет. У неё высокая температура, но она продолжает заботиться обо мне. Врач сказал, что если вовремя не дать эти лекарства, то она умрёт! — из красивых серых глаз Шуна потекли слезы.

— Не плачь. Мужчина не должен показывать своих слёз, — проговорил Ривай. — Пойдем, я отведу тебя домой.

Капрал протянул ему руку, и Шун, не долго раздумывая, вложил свою маленькую ладонь в его.

— Сколько тебе лет, парень? — спросил Ривай.

— Мне шесть. Знаете что, когда я вырасту, я стану разведчиком!

— Зачем тебе это? — спросил Капрал. Редко можно было встретить человека, который горел желанием оказаться в самом пекле. Но Шуну было простительно: он ещё слишком мал и руководствуется пока только героями из сказок.

— Я хочу защитить маму и найти папу. Он служит в разведке, и мама сказала, не скоро вернётся. Я хочу служить под командованием Капрала Ривая. Он мой герой! Только маме я ещё это не говорил. Обещайте, что тоже ничего ей не скажите? — Ривай медленно кивнул. — Я не знаю, почему, но она ничего слышать об этом не хочет, — погрустнел в своём рассказе Шун. — А вы солдат?

— Да, — коротко ответил Капрал. Услышанное потрясло его.

— Ух ты! — воскликнул он. — А где вы служите? В Городской страже? — продолжал сыпать вопросами темноволосый защитник.

— Нет, в Легионе Разведки.

— Ничего себе!

Мальчик продолжал болтать и восхищаться своим спасителем. Он говорил, что мама будет рада услышать хоть какие-нибудь новости о папе. Шун задавал всё новые вопросы, но Ривай не слушал его, он был в своих мыслях. Сжимая маленькую тёплую ладонь, от которой, возможно, вскоре погибнет немало гигантов, Капрал вспоминал Лиану. Сердце его болезненно сжималось. Он не знал ни где она, ни что с ней, жива ли она вообще. Ни в одном подразделении девушка с именем Ли Грет не числилась. Ривай убеждался в этом несколько раз, ежегодно проверяя тысячи списков солдат. Он знал, что больше не увидит этого имени, но продолжал искать.