— Может я хотела этого.

— Нет. Думаю, ты хотела совсем не этого, — решительно поправил её Кот и, не дав продолжить этот бессмысленный спор, подхватил за талию и выбросил вперед свой шест, в один прыжок унося их прочь от этого места.

Весь путь до особняка прошел в молчании. Каждый думал о своём, не решаясь разрушать возникшую тишину. И лишь ближе к ночи, когда Адриан поленом рухнул на свою кровать, сбросив трансформацию и отмахнувшись от ожидаемых причитаний Плагга, он задумался о первой половине сказанных Маринетт слов.

— Кого она любит?

И тихий внутренний голос нерешительно озвучил свое предположение: «Неужели… меня?»

========== Глава 21 ==========

Можно ли остаться жить в постели?

Странный вопрос? Не для Маринетт, натянувшей одеяло до самой челки и не желавшей возвращаться к реальности из мира сладких грёз. Полночи она прокрутилась как юла, тщетно пытаясь найти удобную позу для сна, а под утро и вовсе вытянулась солдатиком и уставилась в потолок, плюнув на бессмысленные попытки уснуть. Виски пульсировали, а голова напоминала перезревший арбуз. Одно неловкое движение и ба-бах!

Тишину в комнате нарушало лишь тяжелое дыхание девушки. Откинув уголок одеяла, она открыла один глаз и посмотрела на плотно задернутые шторы, гадая, наступил ли рассвет. Новый день не сулил ей ничего хорошего. Окончательно сбросив на пол удушливую ткань, Маринетт села, скрестив ноги, и начала один за другим загибать пальцы в попытке упорядочить хаос, творившийся внутри.

Во-первых, требовалось срочно заняться хирургом, чьи контакты выудила Алья на просторах мировой паутины. Откладывать больше некуда, они и так потеряли слишком много времени. Вряд ли злодей будет ждать, пока Ледибаг разберется со своей личной жизнью. Судя по маячившим перспективам, у нее на это могли уйти годы.

Во-вторых, умудриться не умереть от смущения, работая в паре с Нуаром после того, что произошло, а точнее могло произойти, но не произошло. И пусть головой она понимает, что поступила правильно, вот только тело было категорически несогласно с этим, всё еще храня воспоминания умелых прикосновений.

Ну, а в-третьих, несостоявшийся разговор с Адрианом. Пусть самый удачный момент для него и был украден нахальным Котярой, но это ничего не меняло. Маринетт твердо решила признаться в своих чувствах, а там будь что будет. Сбежать из этого дома она всегда успеет. Тем более, что теперь ей было куда переехать.

Оказавшись вечером в своей комнате (спасибо Нуару за доставку с ветерком), она обнаружила на столе связку ключей и небольшую записку с адресом. Первая мысль — вернуть подарок адресату, а уж в том, что это рук Агреста, она ни секунды не сомневалась. Видимо, блондин знал каждый её шаг наперед, поскольку приложил вторую записку, в которой коротко изложил то, как сильно он обидится, если она не примет подарок. Хитрец не забыл добавить, что квартира проплачена на пять лет вперед и по окончании этого времени девушка сможет сама решить, как и где ей жить дальше.

— Низкий прием, Адриан, — пробурчала она себе под нос, после чего как следует потянулась и лениво поплелась в ванную.

Раз уж сегодня выходной, то она вполне может съездить и лично осмотреть свое потенциальное жильё. Тем более, что оно находится в том же районе, что и нужная ей больница. Да, она обещала Нуару не лезть в это дело без него. Но, кто ему расскажет?

***

Маринетт запрокинула голову назад, чтобы как следует осмотреть здание целиком. Подставив ладонь ко лбу, чтобы спрятаться от назойливого солнца, заскользила взглядом по фасаду, чуть дольше задержавшись на мансарде под черепичной крышей. Секунду она восхищенно любовалась видом, после чего все же прищурилась от ярких солнечных лучей, мысленно отругав себя за забывчивость (как можно было не взять с собой очки в такую погоду?). Поправив тонкий ремешок сумочки, в которой спала Тикки, синевласка решительно шагнула внутрь.

Поднимаясь на лифте, девушка широко улыбалась, понимая, что нужная ей квартира находится на последнем этаже.

«Очень удобно, если Котик решит заглянуть на огонёк», — подумала она машинально и тут же отдернула саму себя. «Какой Кот? Маринетт, ты явно вчера перегрелась, развалившись под Нуаром».

Мысленный спор прервал звуковой сигнал, оповещая о прибытии. Не дожидаясь полного открытия дверей, Маринетт ринулась вперед, тут же врезаясь во что-то твердоё. Секундное замешательство и, как в замедленной съемке, вокруг неё начали падать листы самых разных размеров.

— Боже, простите! Вот растяпа, я всё соберу, — затараторила брюнетка, опускаясь на колени и начиная собирать разлетевшиеся по всему этажу бумаги.

— Вау! — восхищенно воскликнула Дюпен-Чен, взяв в руки один из листков, который при ближайшем рассмотрении оказался портретом медноволосой девушки в белом платье.

— Он еще не закончен, — послышался робкий голос.

Маринетт с трудом оторвалась от созерцания нарисованной красавицы и только сейчас обратила внимание на худощавого парня, прижимающего к груди раскрытую папку. На вид ему было не больше двадцати лет, среднего роста, с огненно-рыжими волосами, зачесанными набок.