Смотреть на столь унизительное для гордой кошачьей натуры действо ему совсем не улыбалось, поэтому мужчина поспешил удалиться в дом, чтобы немного остыть. Сегодняшний вечер явно испытывал его выдержку. Сначала половозрелый бугай, что вновь крутился вокруг Маринетт, потом это феерическое выступление… Глупо было отрицать, что Мари каким-то волшебным образом смогла просверлить сначала дырочку, а потом и вовсе огромную дыру сквозь каменную стену, которой он добровольно окружил своё сердце. Он должен был поговорить с ней об этом. Только нужно ли это Маринетт? Да, он не слепой и прекрасно видит, каким взглядом она смотрит на него, но может это игра воображения? Что если тот поцелуй ничего не значил? Она была в таком состоянии, что окажись на его месте кто-то другой и… Нет, лучше не думать об этом.

«Твою мать, чувак, тебе самому без пяти минут тридцатник, а у тебя голова забита каким-то ванильным дерьмом. Какого чёрта ты ведешь себя как сопливый мальчишка, впервые заглянувший девчонке под юбку?». Встретившись с собственным взглядом в отражении огромного зеркала, что висело в библиотеке, Адриан лишь цокнул языком и сделал ощутимый глоток виски. Янтарная жидкость лавой растекалась по телу, оставляя приятное послевкусие на языке. Вид перекатывающихся в бокале кубиков льда успокаивал, позволяя немного расслабиться и отпустить все мысли в дальнее плавание. Желательно на пару лет.

Конечно, он понимал, что ведет себя глупо, настолько загоняясь по поводу своих чувств, её чувств… Всего этого. Он мог бы с точностью до каждого слова и мельчайшего жеста описать свои действия в отношении понравившейся девушки, будь ей не Маринетт.

«Может приударить за Ледибаг?» — шальная идея. Его упрямая напарница была определенно лакомым кусочком. И пусть она чаще спорила с ним и строила из себя главную (непонятно на каком вообще основании), но пару раз ему удалось поймать её на горяченьком. А именно — в процессе разглядывания его задницы, что несомненно льстило.

Погруженный в раздумья, его голову неожиданно посетила лихая мысль о том, как можно осторожно прощупать почву в отношении Маринетт. Но, в этом деле ему понадобится помощь.

— Что-то не нравится мне твой настрой, — донеслось из кармана пиджака. — Больно ты молчалив, приятель. Даже не дум…

— Плагг, когти!

***

— Адриан, нам нужно поговорить. Не пойми меня неправильно, но я по уши запала на тебя. Нет, не пойдет! Он сразу насторожится. Так… Адриан, как дела? Ха-ха. О боже, Тикки, я безнадежна!

Маринетт уже полчаса измеряла комнату широкими шагами, тщетно пытаясь отрепетировать свою речь. Руки предательски дрожали, теребя ни в чем неповинный подол платья, ноги запинались о невидимые преграды, а сердце каталось на импровизированных горках, совершая одну мёртвую петлю за другой. Пятнистая квами сидела в корзинке с печеньем и молчаливо провожала взглядом безумные метания девушки. Тысячелетний опыт подсказывал, что никакие слова здесь не помогут. Иногда просто нужно набить себе шишку, чтобы прийти к определенным выводам.

— Знаешь, я всё думала о том, когда это началось и… Может тебе не стоило так часто расхаживать по дому без верха? Ужасно сложно оставаться беспристрастной, глядя на все эти кубики, бицепсы… — брюнетка сделала очередной поворот и чуть не врезалась в стол, погрузившись в дурманящие воспоминания. Дура!

— Маринетт, может ты перестанешь изводить себя и вернешься к гостям? — квами всё же решила вмешаться.

— Не могу. Есть вероятность встретить там Алью, а я еще не простила ей этот позор.

Тикки лишь захихикала, повалившись на спину.

— А по-моему было весело. Пусть я не была вблизи, но из окна твоей комнаты открывается весьма удачный вид. На секунду я и правда приняла его за Нуара.

— Не напоминай! Я была настолько ошарашена, что распознала подвох лишь тогда, когда он оказался непозволительно близко, — Маринетт вновь покраснела, вспоминая момент на сцене.

Возможно, совсем чуть-чуть, на такую кро-о-ошечную капельку…, но она расстроилась, что такого рода сюрприз для неё исполняет не её напарник. Ему совершенно точно было бы что показать. Этот кошачий костюм скрывал чертовски мало, что с каждым разом вызывало всё больший дискомфорт во время их миссий. Она готова была поклясться, что Нуар пару раз замечал её блуждающий взгляд, бесконтрольно цепляющийся за особо выступающие части тела. В такие моменты на его лице расползалась особо дьявольская ухмылка, а изумрудные глаза начинали блестеть ярче обычного.

— Чёртов кот!

— Привет, Принцесса, — последовал смешок со стороны приоткрытого окна. — Чем же ваш скромный рыцарь заслужил такое обращение? — обиженно добавил он спустя мгновение.

— Ау! — вскрикнула Маринетт, подскакивая на месте и оборачиваясь на голос. На подоконнике, опираясь на все четыре «лапы», сидел улыбающийся Нуар. Девушка бросила обеспокоенный взгляд на корзинку с печеньем, но Тикки видно не было. Слава богу!

— Ох, Принцесса должна простить ни в чем неповинного Кота за столь поздний визит, — Нуар в один прыжок соскочил на пол и как следует потянулся, словно разминая затекшие мышцы.