— И с тех пор дрожат городские статуи, — сказал Клавдий. — Ты не думаешь, что стоит попытаться предупредить императора через нее?

— Возможно, — сказал я. — Цинцифицес говорил, что супруги теперь редко общаются, но она наверняка заинтересована в том, чтобы Алексей подольше здравствовал. Ведь без него иссякнет источник и ее власти. Однако тут есть одна сложность.

— Какая же?

— Она не любит шутов-мужчин. Именно поэтому Талия играла здесь немаловажную роль.

Мы продолжили путь. Клавдий пребывал в задумчивости.

— Могу я предложить кое-что очевидное? — сказала Виола.

— Что же?

— Вопреки моему нынешнему облику я еще помню, что когда-то была женщиной. Почему бы мне не стать клоунессой императрицы?

— Ни в коем случае, ученик. Ты не готов.

Виола остановилась.

— А когда же я буду готова? — спросила она. — Уже много месяцев ты тренируешь и обучаешь меня. Но с тех пор, как мы приехали в этот город, ты даже не разрешаешь мне участвовать в выступлениях.

— Сейчас нам необходимо, чтобы ты подстраховывал меня. А что до многомесячного обучения, то в гильдии оно заняло бы у тебя много лет.

— Потому что туда набирают детей, — возразила она. — Я ведь не ребенок, Фесте. И заслуживаю хоть какого-то доверия за все, что успела сделать в жизни.

— Ты не готова, — упорствовал я. — И я вовсе не намерен посылать новичка в львиное логово. Особенно если это моя жена.

— Ты стараешься защитить меня.

— Мы защищаем друг друга.

Дальше мы шли в молчании. И наше молчание в тот момент явно нельзя было назвать дружелюбным.

Талия снимала квартиру из двух комнат в доме неподалеку от морской стены, выходящей на Золотой Рог. Хозяин этого дома чинил во дворе рыболовную сеть, когда я спросил о своей бывшей подруге.

— А кто ты такой? — подозрительно прищурился он.

— Ее старый друг, — ответил я.

— Да уж, друзьями ее Бог не обидел! — воскликнул он, подмигнув нам. — Наша Талия славилась своей общительностью. Гостеприимство ее не знало границ, понимаете ли. Не будь я уверен в ее бескорыстии, выгнал бы ее к шутам собачьим, чтобы не устраивала тут дом терпимости.

— Ты не знаешь, куда она отправилась?

— Понятия не имею. Сбежала с каким-нибудь морячком, вот что я думаю. Я не особенно-то следил за ней. Помню, в конце того месяца она как раз полностью расплатилась со мной, и вообще в ее отсутствии не было ничего необычного, ведь порой она не появлялась тут по нескольку дней, если вы понимаете, что я имею в виду. Разумеется, меня самого вовсе не привлекала Ее Эксцентричность.

— А как насчет ее пожитков?

— Ну, какой-то ее родственник пришел и забрал их, — сказал он.

— Какой?

— Какой-то двоюродный брат. Не запомнил его имени.

— Значит, мы понапрасну притащились сюда, — вздохнул я. — Но если встретите ее, передавайте привет.

Мы повернули обратно.

— Вряд ли он выполнит твою просьбу, — заметил Клавдий. — Ты даже не назвал своего имени.

— Неужели? Какая беспечность. Но на этот раз мы столкнулись с иной ситуацией.

— Да, — согласилась Виола. — Кто-то пришел за ее вещами. Интересно, почему?

— Должно быть, она что-то нашла. Наверное, под пытками рассказала о своей таинственной находке, вот они и пришли забрать этот предмет.

Я и сам понимал, что мой голос звучит подавленно. Клавдий сочувственно взглянул на меня.

— Возможно, она совсем не мучилась. Никто не знает. Мне жаль тебя, Фесте. Я понимаю, как тяжело терять того, кого любишь.

— Это давняя история, — сказал я. — Тогда я не понимал, что такое любовь. Но она была дорога мне. Что же такое она могла найти?

— Стоит ли нам наведываться в дом карликов? — спросила Виола. — Вероятно, уже слишком поздно искать там что-либо.

— Это как раз единственное место, где еще можно что-то найти, — возразил я. — И скоро ты сама поймешь почему.

Император Исаак Ангел так обожал Нико и Пико, что построил для них своеобразный дворец. Это была точная копия Влахернского дворца, за исключением того, что высота его составляла всего около двенадцати футов. Все колонны, арки, фризы и так далее были воссозданы в уменьшенном виде из мраморных блоков размером с детскую голову.

— Какое чудо! — воскликнул Клавдий, когда мы подошли к маленькому дворцу.

— Теперь ты понимаешь, почему сюда никто не вселился, — сказал я. — Итак, я поручаю тебе обыскать их жилище, а сам пока займусь отвлекающими маневрами на другом конце площади.

— С удовольствием, — сказала Виола. Потом ее лицо опечалилось. — Ты поручил мне это только потому, что я не вышла ростом, да?

— И для твоего обучения, моя милая. В частности, я хочу, чтобы ты заглянула в одно совершенно неприметное для постороннего глаза местечко. Карлики устроили на нижнем этаже подземный ход на случай бегства. В одной из комнат должен быть люк. Именно там, по-моему, они могли хранить что-то важное. Подожди, пока я завлеку толпу, а потом приступай.