Она так же сидела на диване. Только теперь без слез, и в позе лотоса. В коротком платье, кстати говоря.

– легче стало? – она как будто не услышала. Не повернула головы.

– Оль, ты здесь?

– а, что? – как маленький беспомощный совенок она повернулась ко мне. Лицо еще не высохло от слез. Макияж потек. Картина еще та. Но для меня она все равно самая красивая.

– готова разговаривать?

– не уверена…

– а ты подумай, давай, пока шубку нужно снять. – я, буквально разделил этих двоих. Повесил одежду на вешалку, сам же вернулся на диван. Кстати, не мешало бы одеться. Не так уж здесь и жарко.

– Миш, мне страшно.

– ты можешь рассказать историю с начала?

– ага, 23 года назад родилась ненормальная стерва.

– Оль, ты…

– не перебивай. И вообще, оденься. Я не могу так вести диалог.

– а что тебя смущает?

– мужчина моей мечты в одном полотенце в 20 сантиметрах от меня.

– что?

– ничего, фигура у тебя хорошая.

– ну, если нравится, то можешь потрогать…

– издеваешься, да?

– совершенно серьезно.

– да, иди ты. Мне рассказывать? – черт, а я серьезно говорил. Как представлю ее руки на своем теле, ААА, нет. Я сразу же сорвусь.

– рассказывай, а то мы так далеко не уедем.

– я так не могу.

– как ты не можешь?

– не знаю. Мне не удобно!

– перед кем?

– не перед кем, а в чем!

– и что я могу сделать?

– выдай мне тапочки и футболку. Пожалуйста.

– вот это наглость! Пришла каким-то волшебным способом в мою комнату, ревет на моем любимом диване, вещи просит! Тебе белую или синюю? – конечно, ворчал я, когда рылся в шкафу. Не могу же отказать этой маленькой наивной дурочке.

– мне какую-нибудь побольше.

– я их сам ношу… Лови. Тапок нет, есть только носки.

– тогда спасибо, носки не хочу. А переодеваться я сама буду?

– у тебя есть еще варианты?

– хам. – я не особо понял смысл ее наезда. В чем хамство? Глаза еще сверкают, как будто сейчас в меня чем-то кинет. Она не кинула. Она кинула меня в нокаут. Стоя посередине комнаты стянула с себя платье, залезла в мою футболку, которая, кстати, ничего не скрывала особо. Можно было и не надевать. Я, конечно, видел ее тело, когда вчера пытался переодеть, но не так же! В глазах мутнело. Ноги подкашивались. Я вспомнил, что стою в одном полотенце, нужно бы тоже переодеться.

– я… это, тоже пойду. Переоденусь, в смысле. – мне в след Оля хохотнула. Добивается чего-то, стерва.

Я вошел в комнату. Руками взялся за полку шкафа. Внутри желудок вместе с сердцем танцевал сальсу, вытеснив мозг. Почему именно они? Я не ел ничего, и эта ведьма явно провоцирует! Из шкафа была извлечена футболка, трусы и шорты.

– тебе помочь? – в проеме стояла Оля. Она успела смыть с себя косметику, распустить волосы, и видимо, кое-что снять. Это была не футболка.

– Оль, я пытаюсь переодеться. Выйди, пожалуйста. Поставь лучше чайник, я не ел ничего со вчерашнего вечера.

– когда я вчера просила поставить чайник, вместо того, чтоб меня лапать ты не послушал…

– никто тебя вчера не лапал! И просила ты это, когда я на тебя уже носки натягивал! Выйди, пожалуйста!

– ууу, какие мы злые. А как вчера, так, «Оленька, что случилось»?

– сегодня много, что изменилось.

– неа – эта женщина подошла сзади, встала вплотную, теперь ее дыхание ощущалось на моей шее. Она проводила своим носом невидимые дорожки. Руки гладили торс, очерчивая контур каждого кубика.

– что ты делаешь? – голос хрипел, я даже не сразу понял, что это мой.

– ммм, Михаил, а где же ваш чудесный голос? А где манеры? Мщу! Запомни, прикасаться ко мне и моему телу очень плохо для здоровья.

– прикасаться вообще, или без твоего разрешения?

– еще и хамить успеваем? Не советую. – следующим «ударом» по моей физиологии был ее нос. В моих волосах. С губ сорвался какой-то животный рык. Я не мог себя контролировать. Вынес из комнаты, и буквально перед ее носом захлопнул дверь.

– ты сам сказал, что если нравится, могу потрогать. Вот я и потрогала!

Для того, чтобы привести себя в порядок мне потребовалось 15 минут. Что она со мной делает? Разум отказывается работать, как только она появляется на горизонте, а теперь, здравый смысл уехал в неоплачиваемый отпуск и помахал рукой на прощанье. Главное не сорваться. Для нее это просто игрушки.

– сейчас все готовы говорить? – она, как и в чем не бывало, сидела на столе, с кружкой чая в руках.