Шрифт:
Кора разошлась, и он показался снаружи. В этот раз не сидящий, не прикованный. Он стоял и внимательно осматривался, принюхивался, прислушивался.
— Надо бы успеть, — сказал он неведомо кому и сделал шаг вперед.
Ковер из листьев встрепенулся, будто невидимые змеи поползли от ног Павла к соседним деревьям и кустарникам. Он шагнул другой ногой — и оторвался от дерева.
— Я скоро вернусь, — пообещал он дереву, — и все будет хорошо. Мы будем жить. Лишь бы успеть…
Шаг за шагом, медленно, но верно, расплетая, словно клубок, паутинки микромашин, он двинулся к озеру.
— Где, ты говоришь, второй вход? — спросила Марина, всматриваясь в толщу воды. Лиза встала рядом, сопоставила местность с картой у себя в голове и ткнула пальцем:
— Вон там. Надо погрузиться на десять ноль семь метров.
Марина вздохнула. Позади были радостные объятия, выслушивание сбивчивого Лизиного рассказа, притворная скорбь по отцу. Тимур ускакал за Сашей, но сказал честно: сможет ли прорваться назад, не знает. Колонна с техникой близко. А что там за технику заготовил отец, одному богу известно.
«Лучше бы поторопиться», — сказала себе Марина. И тут, ни с того ни с сего, Лиза заявила:
— А там под водой есть вход в шахту. Мне папа рассказал.
И это все меняло. Это было удачей, о которой Марина и мечтать не могла.
«Пусть покажет мне дорогу, а там… А там посмотрим. Отправить ее наверх, прочь, а самой завершить начатое»
— Мы вместе поплывем? — спросила Лиза, будто читая ее мысли. Марина вздохнула.
— Мне, дружочек, без тебя никак. Я у нас плаваю как топор.
— Топоры не плавают, — возразила Лиза.
— Вот и я так же. Тебе придется меня тащить на буксире.
Лиза кивнула.
— Поняла. Тогда я сначала разведаю.
Лиза сбросила ботинки и носки и потрогала воду ногой.
— Холодная, — поежилась она, — Надо будет быстро двигаться. И в одежде нырять нельзя. Нас так учили.
— Знаю, — вздохнула Марина и принялась медленно расстегивать куртку. Ветер, будто злорадствуя, задул крепко и морозно.
«Спасибо хоть не зима»
Лиза уже разделась до трусов и майки и резво разминалась, словно на уроке физкультуры. Стройная, гибкая, угловатая, как все подростки. На шее сзади, из — под волос, выглядывают прорези жабр.
— Я пошла!
Она прыгнула с берега в воду, вошла тихо, без брызг, распугав суетливых водомерок, и скрылась из виду в мутной воде. Марина, уже готовая нырнуть следом, аккуратно сложила ее и свою одежду в корнях, прикрыв немного ветками, а сама закуталась обратно в куртку и стала ждать, дрожа от холода.
«Сейчас выскочат из засады дэновы бойцы, а мы тут такие красавицы», — стыдливо подумала она, а потом сама себе возразила сердито, — «Между прочим, это я за них и ради них тут отдуваюсь.»
Лиза вынырнула, откинула мокрые волосы и тину с лица, и радостно сообщила:
— Есть проход! Еле открыла.
Марина вздохнула про себя.
«Пора.»
Она встала, скинула куртку, поправила примотанный наискось через плечо пакет и, набрав побольше воздуха, прыгнула в студеную воду. Вслепую нащупала Лизкину щиколотку, ухватилась за нее крепко-крепко — и ее, слепой сгусток отчаяния и страха, поволокло на дно.
Вода ушла из шлюза и Марина наконец смогла глотнуть воздуха. Ветхого, затхлого, но все же воздуха. Дышала и надышаться не могла. Лиза, похоже, прыгала на одной ноге, вытряхивая воду из уха, и выжимала волосы — падающая с них вода гулко барабанила по металлическому полу, и эхо отзывалось где-то далеко-далеко.
Марина поднялась с пола — сидеть было холодно — и зажгла фонарь в левой руке. Слабо зажгла, тусклый огонек — но хоть что-то. Куча каких-то ящиков, шкафчиков, с пометками и аббревиатурами, Марине незнакомыми. А в дальнем конце — металлическая дверь с замком. И Лиза уже около этого замка, вставила левую руку в форме ключа в отверстие слева от двери. Раздался лязг.
— Марина, помоги открыть, — попросила она. Марина подошла почти вслепую, осторожно шагая, и вздрагивая каждый раз, когда что-то с грохотом укатывалось из-под ее ноги. Ухватившись вдвоем, уперевшись босыми ногами в пол, сестры потянули на себя тяжелую дверь, и та, наконец, поддалась.
— Лестница, — сказала Лиза, глядя вниз. Она видела в темноте, как кошка, а Марине пришлось подсветить себе слабым фонариком. И правда, металлическая вертикальная лестница, без каких либо перил. И где заканчивается — кто его знает.
— Не хотелось бы с такой упасть, — сказала Марина. А самой почему — то вспомнилась похожая лестница. Вела она от Минас-Моргула к Кирит-Унголу, по ней взбирались Фродо, Сэм и их провожатый Горлум. «А мне, значит, надо спускаться. И кто из нас кто, хотелось бы знать?»