вам он не доставит.

– Вы опять ставите меня в тупик. Специально, что ли?

– Зачем мне это делать?

– Не знаю.

И снова контрабандист попытался блеснуть эрудицией – причем сугубо книжной:

– В таком случае – приподнимите вуаль!

– Пожалуйста, – по интонации было похоже, что под маской говоривший скривил

рот в презрительной гримасе. Однако на такие тонкие наблюдения образовательной

подготовки у банту явно не хватало.

– «Товар» получите квалифицированно упакованным. И, упреждая нетерпеливый

жест собеседника, человек в «додже» закончил фразу без привычной паузы:

– Его основательно накачают снотворным.

– Понятно. Мужчина, женщина?

– А есть какая-то разница?

– Да!

– И в чем она? – теперь любопытство, похоже, взнуздало уже Маску.

– В цене.

– Не понял!

– Мужчина будет стоить дороже.

– Почему?

– Опаснее.

– В каком смысле?

– А в том, что если мы попадем в руки незнакомых пограничников с женщиной, то

всегда можно сказать: мол, везем с того берега невесту, а она от счастья упала в обморок.

– Даже так?! – сидевший в салоне растерянно поскреб маску. – Век живи, век

учись.

– Именно так, господин! – подтвердил негр. И ни к селу, ни к городу добавил:

– Когда в горах нет тигра, царем становится обезьяна.

– В таком случае, – счел за лучшее проигнорировать чужую мудрость заказчик, –

мне не повезло. Речь идет о мужчине.

– Выполнение заказа обойдется в миллион наших родимых франков.

– Четыре тысячи долларов США? Не многовато ли?

– Вы знаете, каково наказание за похищение людей?

– Догадываюсь, – миролюбиво произнесла Маска.

– Тогда по рукам?

– По рукам!

– Когда доставите груз?

– Об этом сообщу дополнительно. Еще не все готово… к отправке.

– Как мы узнаем точную дату и время транспортировки?

– Я вам дам телеграмму до востребования. На любую вымышленную фамилию и

адрес. Черкните их! Вот блокнот и авторучка.

Через минуту после того, как, усердно склонившись над капотом и сопя в обе

дырочки от напряжения, абориген нанес на бумагу требуемое, записная книжка

перекочевала назад к хозяину.

– Ну, тогда, надеюсь, до скорой встречи! – произнес баритон из «доджа». –

Передавайте привет и наилучшие пожелания… коллегам по бизнесу.

– Еще не все!

– У вас ко мне вопрос?

– И весьма существенный!

– Какой же?

8

– Нужен задаток.

– Но ведь до этого вас прекрасно устраивала послеоплата.

– Да. Однако ныне – случай особый. За переброску людей мы обязательно берем

немного денег вперед. Такова примета. Даже если у вас не найдется наличности, в чем я

сильно сомневаюсь, одолжите у Долка. Но я должен унести отсюда купюры. Шаманы их

заколдуют. На успех задуманного мероприятия.

– Хорошо! Держи! Здесь десять тысяч франков. Устраивает?!

– Еще как, господин! До свидания! Будем с нетерпением ждать телеграммы.

Чернокожий удавом скользнул в ялик, мощно взмахнул несколько раз веслом и

исчез в зарослях. Сняв маску и бросив ее в отделение для перчаток, сидящий в машине

нажал на клаксон. Вскоре из прибрежных кустов показался Долк.

– Двигаемся! – скомандовал пассажир. И, заметив явно недовольную мину на лице

сопровождающего, в упор спросил:

– Или тебе вдруг разонравилось водить мой автомобиль?

– С чего бы это? Хотя, действительно, в водители я не нанимался.

– Ишь, как вольная пташка запела! Кстати, подобное я предполагал, когда

возвращал тебе расписку. Но чтобы реакция наступила так быстро... Некрасиво! Я ведь

вон из какой беды тебя выручил!

– Я, – Долк мышью скользнул за рулевое колесо, – ставать на дыбы, если вам так

показалось, не собирался.

– Ладно, не будем ссориться! Кто старое помянет, тому глаз вон.

Автомобиль вырулил на шоссе и устремился на Киншасу. Несмотря на то, что

июль считается в Заире наиболее прохладным временем года, в салоне царила изрядная

духота.