– Ну, теперь ты понимаешь, какое давление мне приходится выдерживать?

– Понимаю, - с уже накатанной скромностью подтвердил начальник оперативного отдела, но сейчас это не прошло.

– Ты слышал, мне нужен результат, реальный результат, о котором я мог бы доложить наверх. Твои соображения?

– Наши результаты заключаются в том, что их у нас нет, - вздохнул оперативник, выдавая "военную тайну".
– Мы отработали все версии - пусто. Все, как их называют эксперты, аномалии оказались местного происхождения. И лучшее, что мы могли бы сделать - вернуть учёным их дело. В конце концов, это их проблема. Пускай сами влюблённых девиц своими детекторами отслеживают... Это же не наш профиль!

– Не обсуждается...

"И не надеялись", - мысленно хмыкнул начальник отдела.

– Поэтому, есть предложение. До сего дня мы выполняли все рекомендации и пожелания, потому что считали себя некомпетентными. Но результата нет, а требуют его именно с нас. Так давайте плюнем на мнение учёных и вернёмся к нашим привычным методам работы.

– То есть?

– Ну-у-у, будем разрабатывать не "сверхъестественное явление", а человека. Как обычно: мотивы, связи, свидетели... Что-нибудь да нащупаем!

Хозяин кабинета некоторое время сверлил подчинённого проникновенным взглядом.

– Признавайся, ты ведь сразу над этим работал?

– Был грех, - скромно подтвердил начальник отдела.
– Позволил ребятам проявить инициативу. В конце концов, чутью оперативника я верю больше, чем любому детектору.

– И что же показало... чутьё?

– ...А ещё я верю во всякие предрассудки: сглазы там, наговоры, карму...

– Понял, понял... конспиратор!

– Ну, так...

– Ладно, прикрою, как смогу. Только имей в виду - времени у тебя в обрез. В регионе наметилась политическая нестабильность. Если не успеешь, кое-кто наверху не остановится перед крайними мерами.

– Так, а что это даст?!
– возмутился начальник отдела, но его непосредственный начальник вспышку подчинённого проигнорировал.

– Иди работай, - объявил он и опустил голову к столу, давая понять, что разговор окончен.

За дверь начальник отдела вышел хмурый и раздосадованный. Потому что всё теперь действительно зависело от чутья и элементарной удачи.

___ _______

Во сне Люду носили на руках. На сильных руках, которые уютно качали её, прижимая к большой тёплой груди. Здесь было так хорошо прикорнуть, пригреться, заслушаться ритмичными ударами сердца, ощутить себя совсем маленькой и, с глупым кошачьим удовольствием, оставить все взрослые заботы и тревоги ЕМУ. Она не знала ни кто он, ни какой он, и ей это было совершенно неинтересно. Потому что про того, кто бережно прижимал её к себе, она знала главное - он мой! И только в его руках, на его груди она могла чувствовать такое спокойное тёплое счастье.

И с этим чувством её разбудили...

– Люськин, подьём! Труба зовёт... в смысле - горит!

"По-не-дельник...", - мысленно вздохнула Люда, открывая глаза... и чуть не окосела от неожиданности. Перед нею, едва не упираясь в нос, торчала трёхлитровая банка. Из-за стекла поглядывали румяные лики помидорчиков, весело купающихся в маринаде.

– Пей!
– торжественно объявила Юлька, и таки въехала Люде по носу. Маринад булькнул и выплеснулся.

– Зачем?!
– Люда шарахнулась на подушку, брезгливо отряхиваясь, и вдруг удивлённо зависла, обнаружив на себе уличную майку. Быстрый испуганный взгляд - и ниже выявились ещё и шорты. Чувствуя волной взбухающую панику, Люда сдёрнула одеяло и только тогда облегченно выдохнула - сандалий на ногах не было.

"Уже легче, но всё равно - офигеть вчера уснула! Ничего не помню..."

– Ну, как тебе сказать?..
– Юлечка как бы застеснялась, лукаво зыркая из-под блондинистой чёлки.
– Тебе же надо!
– И она опять настойчиво сунула Люде банку.
– Солёненькие...

"Лю! Шо она пристала, як штрудель до пательн?" [прим.
– "...к сковородке"]

"Миклух, не выражайся!"

"А шо?!"

"И не шокай!"

– Не-не-не поняла, - замотала головой Люда, отодвигаясь ещё дальше, но её сомнения почему-то вызвали неадекватный восторг подруги:

– Так ты ещё и не помнишь?! Класс!!!
– запрыгала Юленька и даже в ладоши захлопала, едва не грохнув многострадальную банку окончательно.

– Да шо я там должна помнить?!
– Люда вознамерилась сесть, отчаянно пытаясь восстановить вчерашний день: ну, в парке побузили... ну, гопоту погоняли... ну, танцевала с этим, как его...

"...Глухим и прышелепкуватым"...

"Миклуха-а-а!.."

"Сама сказала!"

"А ты не повторяй!"

Из глубин памяти всплывали обрывки событий: то она качается в обнимку с Евгением, то вокруг неё качается зал, причём вместе с танцующим парами, потом - окружившие её обеспокоенные лица с ощущением прохладной стены на лопатках, хмурый сосредоточенный Матвий...