— Это очень выгодно для Итны. Он не рискует ни центом до тех пор, пока вы не завершите строительство и не заселите здание жильцами.

— Но мы же сдали все площади. У нас есть жильцы.

— Все ваши жильцы — только на бумаге, так же как и намерения Итны. Но вы еще не завершили строительства. Короче говоря, у банка существуют большие сомнения в вашей способности вести дело: выдерживать график работ, удерживаться в смете, а также держать в руках персонал. Для студента колледжа это очень сложная задача.

— Я с ней справлюсь. Я работаю с отцом с четырнадцати лет. У нас были планы преобразовать «Таглион констракшн» в «Манхэттен девелопмент».

Сток кинул в свой стакан кусочек льда.

— Крис, рынок жилья на Манхэттене еще более труден, чем производство цемента. Он контролируется весьма искусными в своем деле людьми на протяжении десятков лет. Эти люди могут провести тебя по Пятой авеню, по Второй авеню или Восьмой авеню и рассказать историю каждого здания с того времени, как была куплена земля, о том, кто строил, финансировал, покупал эти дома и продавал их, сдавал в аренду, перестраивал, разрушал и строил новые здания. Я думаю, ты понимаешь, что я хочу показать тебе те трудности, с которыми придется столкнуться.

— Я буду таким же, как они... Вы можете дать мне кредит?

— Мы пришлем человека, который будет руководить работами.

— Нет. Тогда это будет не моим делом. А я могу его сделать сам. Ведь отец говорил вам, что он собирается сделать меня своим партнером.

— По крайней мере, раз пятьдесят. — В глазах Стока мелькнуло сожаление. — Послушай, друзья твоего отца нажали на меня, и очень сильно. Но если ты настаиваешь на том, что будешь руководить в одиночку...

— Да, это так и будет.

— Тогда все, что я могу обещать — это продолжить финансирование в течение двух месяцев. Если ты не найдешь другое финансирование, все кончится.

— Я найду его.

— Но ты уже согласился избавиться от машин...

— Машины? Мы продадим всю свою собственность.

Сток вздохнул, его собственные условия, видимо, казались тяжелыми ему самому.

— Это то, что мои руководители обязательно потребуют. Мне жаль, что нам приходится на это идти. Если до понедельника ты не изменишь своего решения, приходи в мой офис, и мы оформим все бумаги. Но мне нужно, чтобы ты поговорил с менеджером проекта.

— Не делай этого, — сказал Арни. — Без машин тебе делать нечего.

— Да, я это знаю, но...

— Машины твоего отца — это вся собственность, которую он имел.

В голове Криса возникли все эти машины. Они могли бы заполнить улицу, как флот — реку.

— Я должен подумать, мистер Сток.

— Это именно то, чего я хотел. До свидания. Желаю удачи. И еще раз позвольте выразить свои соболезнования: мы все потеряли вашего отца.

— Я провожу вас, — сказал Арни.

Крис остался на месте, он лихорадочно перебирал в голове варианты. Высокий пожилой человек осторожно тронул его за руку. Это был Альфонс Кастеллоне.

— Возьми машины в аренду, — он беззубо улыбнулся.

Альфонс Кастеллоне был неправдоподобно стар, не имел никакого образования и глядел на мир с простотой сицилийского пастуха. Но он был одним из первых в Нью-Йорке, кто начал сдавать строительное оборудование в аренду, и потому был очень богат; Крис, как и все в этом доме, ценил мудрого старика. Издалека, но с интересом тетушки и дядя наблюдали их беседу.

— Это машины моего отца, Альфонс.

Альфонс ответил с безапелляционностью своего возраста:

— Твой отец был глупцом в этом деле, последним, кто покупал все оборудование. Что из того, что ты продашь эти машины? Я куплю их через банк и сдам тебе же. Я сдам тебе все, что ты захочешь. Я сдам тебе экскаватор, я сдам грейдеры. Я сдам эти чертовы башенные краны. Единственное, что я не могу тебе предложить — это контракт. Я могу одолжить тебе нескольких головастых парней. Продажа цемента — это знание «кто есть кто» и «что есть что». Ты уже узнал это от своего отца.

Он оглядел комнату и кивнул всем, кто уважительно смотрел на них с почтительного расстояния.

— Избавься от этих чертовых грузовиков.

Крис почувствовал, как его губы растягиваются в улыбке, впервые за три дня. Старик был прав. Арни так и не понял, что главным богатством компании «Таглион конкрит» был именно контракт. Альфонс похлопал его по руке:

— Ты устроил похороны неплохо. Твоему отцу они бы понравились. Но довольно об этом, иди делать свой бизнес.

Крис взял за руку Стока и отвел его в фойе. Они несколько минут обговаривали детали, и банкир с видимой неохотой согласился на его предложение. Затем Сток присоединился к тем, кто собирался уходить — бизнесменам и друзьям Майкла Таглиона. Через некоторое время дом почти опустел — первыми ушли ирландцы, затем итальянские кузины, наконец, тетушки и дяди. Женщины пытались объяснить Тони, как готовить пищу, которую они оставили в холодильнике.