– Конечно, мне уже известен ответ на этот вопрос, но, так как я выступаю здесь в роли посредника, то позволю вам, дамы, высказать свои лучшие идеи.

Он игриво улыбнулся, снова показывая ту самую чертову ямочку на щеке.

«Пошла прочь! Ты размягчаешь мои мозги!» - мысленно прорычала я ей.

Первые «женские желания», высказанные членами группы, были вполне типичными: деньги, любовь, надежность, приключения, здоровье, красота, радость, простота. По некоторым из них возникли споры, но в основном все пункты из блокнотов моих сослуживиц теперь оказались вычеркнутыми - одни были внесены в общий список, другие отвергнуты. Так как я по большей части молчала, в моем блокноте еще оставалось несколько «желаний», которые пока не были озвучены.

Чейз попытался прочесть, что я написала, но, так как блокнот находился к нему «вверх ногами», сдался и обратился напрямую ко мне.

– А что у тебя, Риз? В твоем списке что-то осталось?

Прикусив губу, я посмотрела на свои записи и решилась.

– Признание, безопасность, власть, семья… - уверенно начала я, но, дойдя до последнего пункта, замолчала на пару секунд, после чего подняла голову и выпалила: - Оргазм.

– Разве любовь, - Чейз указал на соответствующую строчку, - не включает в себя оргазм?

– Веришь или нет, но для большинства женщин это взаимоисключающие вещи.

– Справедливое замечание, - согласился Чейз.

Он внес «оргазм» в наш список и, конечно, написал это слово гораздо крупнее всех остальных, после чего добавил туда же «признание», «безопасность» и «семью».

– Под властью ты подразумевала силу?
– уточнил он.

– Нет, я имела в виду способность влиять на поведение других.

– Чтобы получить власть, ты сначала должна забрать ее у того, на кого собираешься влиять. Значит ли это, что ты и другие женщины хотят быть диктаторами?

– Ты делаешь выводы, учитывая только крайние точки концепции власти. Диктатор правит с помощью силы и угнетения, а женщины хотят управлять влиянием. Нам нравится действовать более нежно и тонко.

– Я никогда не думал, что женщины хотят иметь власть над всеми аспектами жизни, - удивился Чейз.

– Это потому что ты – мужчина, - фыркнула Эбби, одна из бренд-менеджеров.

– Наша цель добраться до корня вопроса, чего хотят женщины, чтобы потом соединить в нашем продукте их желания и стремления, поэтому давайте будем честны сами с собой. Есть в жизни женщин момент, когда они с большой охотой передают власть мужчине.
– Чейз обвел большую букву «О» в слове оргазм.
– Большинству женщин нравятся доминирующие любовники.

Дамы забормотали и закачали головами, но именно я выразила словами наше общее мнение.

– Верно, но даже в спальне мы хотели бы сохранить свою власть. Именно женщина решает, когда в отношениях наступил момент перейти на новый уровень и заняться сексом. Мы контролируем, случится это или нет. Даже в БДСМ-отношениях женщина, будучи покорной доминанта-мужчины, сохраняет свою власть. У нее есть стоп-слова, благодаря которым она может контролировать ситуацию. И передавая власть мужчине, она все еще имеет на него влияние, - говоря все это, я автоматически крутила браслет на своей руке – нервная привычка - и, только закончив, увидела, что Чейз не сводит глаз с моего запястья.

На секунду закрыв глаза, он прочистил горло и резко закрыл маркер колпачком.

– Отличная работа, дамы. Думаю, наш список завершен. К сожалению, я должен спешить на следующую встречу, но мне уже не терпится узнать, какое же из женских желаний станет основой для новой ребрендинговой кампании.

_________________________

Часы показывали восемь часов вечера. Бригада уборщиков вовсю жужжала пылесосами, и, наверное, из-за них я услышала приближающиеся шаги только в тот момент, когда Чейз показался в дверях моего кабинета.

– Четырнадцать часов на рабочем месте? Так ты скоро и меня посрамишь.

Он сменил деловой костюм на футболку и шорты, в которых его бедра выглядели чертовски мужественно.

– По вечерам я обычно убираю волосы, чтобы дать отдохнуть шее, но сегодня забыла резинку, и пришлось воспользоваться карандашом, - пояснила я, заметив его внимание к моему импровизированному пучку на голове.

Взгляд Чейза медленно пропутешествовал по линии моей шеи, и я опять ощутила, как внутренности в моем животе совершают кульбит за кульбитом, которые прекратились, как только Чейз, казалось, с усилием отвел взгляд.