— Можешь идти.

Она жестом указала на душевую кабинку.

— Все в порядке.

Тамра еще мылась. Я не могла оставить ее одну.

— О.

Она кивнула, когда до нее дошла причина моего промедления. Расположившись перед зеркалом, подняла мою расческу, чтобы начать расчесывать волосы, но замерла, расческа застыла на полпути, прямо над головой. Я сразу все поняла, проследив, куда был обращен ее взгляд — на надрез за ухом.

Я осторожно забрала расческу из ее сжатых пальцев.

— Вот так. Давай я.

Она впилась в меня глазами, словно только что увидела.

Я начала расчесывать. Красивые песочного цвета пряди легко поддавались. Взглянула поверх ее макушки и встретилась с ее взглядом, отраженным в зеркале. Повисла тишина, не считая отдаленного шума воды в душевых.

Я вздрогнула от звука ее голоса.

— Я должна была пойти с тобой.

На мгновение я замерла, затем продолжила расчесывать.

— Что ты имеешь в виду?

— Когда ты пыталась заставить меня пойти с тобой и Уиллом... Я должна была пойти. Я так привыкла тебя недолюбливать. Мне не хотелось идти с тобой.

— Ничего.

Что еще я могла сказать? Что случилось, то случилось.

— Ничего бы не произошло, если бы я ушла с тобой. Прости меня. За все, Джасинда.

Я пожала плечами, стараясь вести себя так, словно все это ничего не значило.

— Но тогда мы бы никогда не нашли Дегана. Хоть что-то хорошее из этого вышло. Он до сих пор оставался бы в плену. Да и все остальные драко.

Правда еще состояла и в том, что у всех этих драко были импланты, и большинство из них снова схватят, но, по крайней мере, у них теперь был шанс. Как и у Мириам. А мне не хотелось, чтобы она концентрировалась на негативных моментах.

— Полагаю, мне стоило бы беспокоиться за них, — сказала она, смотря на свое посвежевшее лицо в зеркале. До невозможности юное и невинное. — Но мне хотелось бы, чтобы ничего из этого не случилось. Я хотела бы быть дома. С папой. Тетей Джабель.

Я закончила с ее волосами и не знала, что ей ответить на это. Не уверена, что вообще можно было что-то ответить.

В этот момент к нам присоединилась Тамра, уже одетая.

— Твоя очередь, — сказала она.

— Отлично. Я быстро. Почему бы вам обеим не пойти перекусить, а я вас встречу у фургона?

Тамра кивнула и стала собирать свои вещи. Я быстро приняла душ, хотя мне ничего так сильно не хотелось, как стоять под теплыми струями едва ли ни целый час и позволить напряжению отпустить мое тело.

Я встретилась с Уиллом на обратном пути из душевой. Он нес коричневый бумажный пакет.

— Нашел что-нибудь хорошее?

— О да.

Он улыбнулся. Теперь, когда он был свежим и гладко выбритым, запах чистоты и мыла заполнил мой нос.

— Пойдем. Покажу тебе.

Взяв меня за руку, потянул меня с асфальтированной парковки к одному из множества столов для пикника, пестрящих на траве.

Мы уселись на разваливающийся в щепки стол, и Уилл принялся шарить внутри коричневого пакета. Я попыталась подсмотреть, но он пригрозил мне пальцем и изогнулся так, чтобы я не смогла заглянуть внутрь.

Потом обернулся через плечо.

— Готова?

Я ухмыльнулась и стала болтать ногами.

— Да! Показывай.

Он развернулся.

— Та-дам!

Я непонимающе уставилась на коробку в его руках.

— Что это?

Он с удивлением смотрел то на меня, то на коробку.

— Что это? — эхом отозвался он. — Ты не знаешь?

Я прочла надпись на коробке.

— Крекер Джек1?

Он с воодушевлением кивнул.

Я занялась изучением коробки. Попкорн в карамели.

— Итак... Снова вредная еда?

Он посмотрел на меня с ужасом.

— Это тебе не просто вредная еда. Это первоклассная вредная еда.

Затем открыл коробку и вытряхнул несколько липких кукурузинок мне в ладонь, затем себе. — Моя мама их очень любила.

Он закидывал попкорн в рот и жевал. Какое-то время я наблюдала за ним, наслаждаясь зрелищем: как его глаза щурились от удовольствия. Мне было просто приятно сидеть здесь. С ним.

— Ты мало о ней рассказывал.

— Я был совсем маленький, когда она умерла. Хотелось бы мне помнить о ней больше, — сказал он словно между делом, вытряхивая себе в руку еще «Крекер Джека». — Ночью, лежа в постели, я стараюсь перебрать все воспоминания о ней, которые у меня остались, как будто тренируюсь. Ну, ты понимаешь? — Он посмотрел на меня. — Стараюсь, чтобы они оставались свежими и цельными, прежде чем они окончательно развеются.

Я кивнула и моргнула, почувствовав неожиданное жжение в глазах.