Я была так возбуждена от мысли, что Джек терял самообладание от моих прикосновений, и ощущала, как мой собственный клитор пульсирует. Я снова полностью заглотила его длинный член, пока он не начал упираться в моё горло. Джек издал дикий рык и удерживал мою голову, начиная заталкивать себя в моё горло и перенимая контроль. Он быстро и неистово двигался, врезаясь в меня с плотской потребностью и не позволяя моей голове шевелиться. Мой контроль был яростно перехвачен Джеком. Тем не менее, я почувствовала себя победительницей от того, что довела его до той точки, где он больше не смог мне подчиняться.

Голос Джека был низким и грубым, когда он сказал:

— Я собираюсь кончить, Сид.

Я почувствовала, как он отпустил мои волосы, чтобы я могла прекратить, если захочу. Мне нравилось, что он каждый раз предупреждал меня, несмотря на то, что я никогда не прекращала. Это было всего лишь малой частью этого мужчины, который ставил мои потребности на первое место, даже если это стоило ему своих собственных желаний. Я еще глубже заглотила его и схватила за зад, давая понять, что всё в порядке. Джек снова издал дикий рык и начал выплескивать свое густое горячее семя в моё горло. Мне пришлось несколько раз сглотнуть, чтобы не задохнуться от обильного количества высвобождаемой в меня жидкости.

Когда его толчки наконец-то замедлились, я прошлась языком по всей длине его всё ещё твердого члена, жадно слизывая последние капли. Джек поднял меня и поцеловал в макушку.

— Господи, Сид. Это было потрясающе. Я не могу больше секунды смотреть на то, что ты делаешь, иначе меня не хватит и на минуту. Физически стоишь на коленях ты, но ты — единственная, перед кем готов упасть на колени я.

***

Остаток дня пролетел слишком быстро. Я осознала, что мне страшно от того, что вечером Джек улетает, хотя я и сама должна была сесть в пять часов в наш автобус, который выдвигался в следующий город. Если исключить все незапланированные визиты, я увижу Джека, лишь через две недели в Италии, во время трехдневного перерыва между концертами.

Мы стояли перед отелем и прощались до самой последней секунды, что у нас оставалась. Джек организовал две машины. Одна, чтобы вернуть меня к нашему автобусу, а вторая, чтобы отвезти Джека в аэропорт.

Я встала на цыпочки и нежно поцеловала его в губы.

— Я буду скучать. Ненавижу прощаться. Мне кажется, что с тех пор как мы познакомились, мы слишком много раз прощались.

Джек подарил мне ответный поцелуй.

— Я знаю, что ты уже звезда, так что иди и покажи себя всему миру. Только я хочу, чтобы после окончания тура ты сразу же вернулась в нашу постель, так что не забывай, где твой дом.

Он снова подарил мне сладкий поцелуй, но я прикусила его за нижнюю губу, когда он хотел его закончить. В ответ он сильнее сжал мою талию и зарычал.

— И помни, кому ты принадлежишь.

Водитель вернул нас в реальность, вежливо сказав о том, что Джек рискует опоздать на самолет. Джек посадил меня в машину, сел в свою, и мы разъехались. Я была горда тем, что по дороге к автобусу мне удалось не разреветься.

ГЛАВА 6

За следующие несколько недель мы должны были посетить Данию, Швецию, затем Австрию, чтобы в конечном итоге продолжить наше путешествие на юг Европы, остановившись в Северной Италии. Путь до Копенгагена был долгим, и мы провели в дороге всю ночь и утро. Автобус изредка останавливался для смены водителей или для того, чтобы заправиться, но по большей части мы всегда были в пути.

Мы с Сиенной были вымотаны, так что ночь отдыха была кстати. Я была обессилена морально и физически от нашего с Джеком времяпрепровождения, а Сиенна от вечеринок. Мы решали, чья очередь спать в спальне с гигантской кроватью, так как койки представляли собой куски дерева с тоненьким матрасом. Я не знала, была ли Сиенна в курсе, что мне грустно, или ей просто нужна была компания, но мы обе завалились на эту кровать и спали вместе на протяжении всех долгих ночей в дороге.

Я проснулась в углу кровати и без одеяла. Сиенна же, наоборот, развалилась по всей диагонали, плотно обернувшись одеялом. Мне показалось забавным, что это я лежала в углу, тогда как Джек всегда жаловался, что я обычно занимала всю кровать и стягивала одеяло на себя.

Когда мы ехали по улицам Копенгагена, вид города привлек моё внимание, и я решила, что это достойная причина разбудить эту бестию, лежащую рядом со мной. Сиенна спрятала голову под одеяло, как только я потрогала её по плечу и негромко назвала по имени.

— Надеюсь, что в автобусе пожар, Сид, — её голос был более сонным, чем обычно, даже, несмотря на то, что она никогда не была жаворонком.

— Мы, должно быть, в Копенгагене. Город очень красивый. Я подумала, что ты захочешь посмотреть.

— У тебя есть для меня кофе? — её голова по-прежнему находилась под одеялом.

— Эмм... нет, но я могу сделать.

— Ты, правда, знаешь, как эта штука работает? — Сиенна стянула одеяло ровно настолько, чтобы был виден её лоб и один подглядывающий глаз.

— Кофемашина?

— Нет, пылесос! — Она снова натянула одеяло, прежде чем продолжить: — Естественно, кофемашина! О чём ещё, чёрт возьми, я стала бы говорить?! Я как-то пыталась выяснить, как она работает, но она начала расплескивать воду и залила всё вокруг.