Я перевёл взгляд на отца:

— Ты правда собираешься сделать это? Отправить меня одного?

Они считают, что шансов остаться в живых у меня мало. То есть фактически отправляют меня по воде на горящей погребальной ладье, как в давности викинги отправляли мёртвых в последний путь, только я все ещё жив и борюсь, призывая на помощь.

— А ты хочешь, чтобы я бросил работу? — папа вышел из терпения и побагровел от злости. — Или чтобы мать оставила на произвол судьбы твоих братьев и сестёр?

— Нет, я как раз не хочу ничью жизнь переворачивать вверх дном, — я тоже вышел из терпения. Мы об этом несколько недель спорили. Ну, хватит значит хватит.

Я обнял по очереди братьев и сестёр, приговаривая:

— Смотрите друг за другом.

И, не сказав больше ни слова, с билетом в руке направился в очередь на прохождение контроля безопасности.

Зря я оглянулся. Они как ни в чём ни бывало улыбаются и машут мне руками. Как будто все нормально. Как будто они нормальные. И от этого на душе ещё более паршиво.

Пока я проходил контроль, и пробирался сквозь толпу, посадка уже началась. Бочком протискиваясь между рядами, я нахожу своё место и бросаю на него рюкзак. Затем достаю из кармана телефон. Что, мама, хотела свежих новостей? Будь осторожна со своими желаниями.

Стеллан: "Впервые в самолёте. Жду взлёта. Пытаюсь определиться, кого из родителей ненавижу больше."

Ответа не последовало.

Стеллан: "Взлёт был плавным. Погребальная ладья отплыла".

Самолёт поднялся в небо. Выглядывая из окна, я смотрю на удаляющиеся очертания места, бывшего мне домом. Единственным домом, что я знал. Эмоциональное возбуждение от путешествия по воздуху постепенно отпускает, и я начинаю клевать носом.

Всю дорогу до Атланты я проспал. Проснулся перед самым приземлением по-прежнему злой, как чёрт. И продолжил строчить родителям сообщения.

Стеллан: "Весь перелёт проспал, пуская слюни на пассажира с соседнего сидения. Приснилось, что родители свихнулись и отправили меня в Америку на верную смерть".

Мама: "Не смешно. Прекрати немедленно".

Но я не прекратил.

Стеллан: "Подумываю поменять билет в Колорадо на билет Голливуд. Может, родители, говоря о звезде, имели в виду другое".

В аэропорту я спустился по эскалатору, чтобы сесть в поезд, курсирующий между терминалами, но не успел. "Осторожно, — произнёс автоматический голос, — двери закрываются. Пожалуйста, подождите следующего поезда".

Я воспользовался свободной минуткой, чтобы отправить родителям ещё одно сообщение.

Стеллан: "Направляюсь к следующему терминалу. У существительного "терминал" есть производное прилагательное "терминальный". Например: "Стеллан в терминальном [24] состоянии".

Нет ответа.

Когда прибыл следующий поезд, я вошёл вместе с толпой и ухватился за верхний поручень. "Приветствуем вас в авиапоезде", — произнёс ещё один автоматический голос, — следующая остановка на платформе "Э". "Э" как в слове эхо".

Эхо. Одна из моих предполагаемых сил – эхолокация. Если я обладаю сверхъестественными способностями, то теоретически должен уметь их использовать, но пока не замечал ни малейших проявлений.

Хотя это не удивительно. Мне всего лишь восемнадцать, я даже бриться ещё не начал.

Поезд резко тронулся и поехал с поразительной скоростью в подземный туннель. Отец работает машинистом поезда сколько себя помню, но путешествует так же редко, как и я. Интересно, что бы он подумал об этой автоматизированной системе транспортировки?

Вдруг свет погас, и поезд замедлил ход. Я завертел головой, изучая реакцию остальных пассажиров. Это нормально?

Поезд прокатился ещё немного и со скрежетом остановился... между терминалами.

Все в панике схватились за телефоны. Я попытался дозвониться до родителей. Занято.

Свет вспыхнул снова. Загорелся и погас.

Загорелся и погас.

Темнота.

Почему-то несмотря на внеплановую остановку, не включился аварийный режим. Словно машина считала, что поезд всё ещё движется.

Пассажиры нервно переглядываются, освещая вагон телефонами. Вдруг туннель задрожал, завизжала какая-то женщина.

На Джорджию обрушился торнадо? Просто замечательно, родители отправили меня на растерзание урагану.