– Нет, - четко сказала Килэй, даже слишком четко.

Глаза Аэрилин стали мокрыми.

– Вот так? Мы провели вас по Поляне, а вы бросаете нас? Отбросите нас как мусор?

Как можно! – она судорожно вдохнула и выбежала из комнаты в слезах.

Как только она ушла, Джонатан устроился на ее месте, придвинувшись к Килэй как

можно ближе.

– Я чувствую запах приключений, - сказал он ей на ухо.

Она ткнула его локтем.

– Не заставляй меня убивать тебя ложкой.

– Хорошо, не буду, - он отодвинулся и посерьезнел. – Я хочу пойти с вами.

– Вот уж нет.

– Почему?

– Потому что там будет опасно, одну жизнь мы уже потеряли. Мне не нужно больше

жертв.

Он уставился на нее.

– Я все равно пойду. Мне дома ничего не осталось. У меня нет меча, но я все же

ценен.

– О? Чем? – сказала Килэй, раздражение смешалось с удивлением.

Он криво улыбнулся.

– Очарованием и хорошим видом. И я знаком с грязной стороной общества. Если

придется иметь дело с крысами, нужно знать, как они пищат.

– И ты эксперт в этом?

– Я пищу на трех диалектах, - сказал он, кивнув. А потом слез со скамьи и опустился

на колено. – Возьмите меня с собой, и я не буду трогать скрипку три часа.

– Двенадцать.

– Хорошо, - он пожал ее руку, широко улыбаясь, а Каэл не мог в это поверить.

– Тебе стоит знать, что велика вероятность нашей смерти или попадания в

подземелье, - сказала она.

– Я готов. Может, я получу пару шрамов по пути. Леди любят мужчин с боевыми

шрамами. Ну, - он потер руки, - куда отправимся?

Она ухмыльнулась.

– На юг. Отправляемся ночью.

– О, загадка? Это я люблю. Лучше тогда встряхнуться, - он ушел.

– Уверена, что это хорошая идея? – сказал Каэл.

Она пожала плечами.

– Время покажет. Но такие люди рядом бывают полезны. Он дружелюбен, в чем мы с

тобой плохи.

В этом она была права. Он решил все-таки поесть, когда вернулась Аэрилин.

Она села за стол, вскинув голову. Ее нос был красным, но глаза опасно блестели.

– Я приняла решение, - заявила она. – Нет смысла идти домой сейчас, я не буду всю

зиму рыдать. Раз вы не хотите идти со мной, я иду с вами. Когда уходим?

* * *

Перед полуночью Килэй вывела их из «Веселого герцога». Чэни и Клод часами

молили взять и их, но Джонатан смог уговорить их остаться с караваном.

– Как ваш папа справится зимой без помощи в магазине? – сказал он, и братья с

неохотой признали его правоту.

Каэл вышел на улицу и услышал, как открылось окно. Клод выглянул оттуда, а потом

и Чэни.

– Мы будем скучать!

– Принесите что-нибудь из приключения!

Поклявшись, они помахали и пошли дальше.

Горацио спустился проводить их. Он был расстроен, когда Килэй сказала, что они

уходят, но не отрицал факта, что их контракт завершен.

– Возьмите хоть плату, - сказал он, но Каэл вернул ему серебро.

– У меня уже нет места в сумке. Отдайте его жителям.

Горацио кивнул, а потом крепко обнял его.

– Тебя всегда ждут у нас, если горы не подойдут, - он кивнул Килэй. – И следи, чтобы

девочка была вдали от проблем.

Он пообещал, что попытается.

Горацио был готов опустить их, пока не вышла Аэрилин с рюкзаком поверх бледно-

голубого походного плаща. Он побагровел.

– Нет! – проревел он, схватив ее за рюкзак. – Ты идешь только домой.

– Я иду, куда хочу! – закричала она. – Я взрослая женщина, мне пора идти своим

путем.

Горацио встал перед ней, оттолкнув ее животом.

– Мужчины идут своим путем, а не дамы. Королевство опасно для женщин, а я

поклялся уберечь тебя! Я не пущу тебя кто знает куда, кто знает зачем. Это опасно!

Она толкнула Горацио в живот, пытаясь пробиться к двери.

– Но Килэй путешествует, а она – женщина!

– На которую охотится королевство!

Горацио вопил, пока не сорвал голос. Аэрилин надулась и топала ногой, пока он

говорил. Вскоре злые слезы полились из ее глаз, она начала вопить, как это нечестно. Кто-

то выглянул из окна над ними и сказал, что, если они не замолчат, он вызовет стражей.