Горацио уже говорил мужчине, куда ему засунуть стражей, когда Килэй схватила его за

руку и втащила внутрь.

Они долго шипели, потребовалось много спокойствия Килэй. Она заставила говорить

его на нормальной громкости. А потом он скрестил руки и кивал. Через пару минут они

договорились.

– Так решили?

Горацио посмотрел на ее руку, а потом пожал.

– Хорошо. Но ни волоска с ее головы, ясно?

Килэй была серьезной.

– Пока я дышу.

Когда Горацио развернулся и с неохотой сказал, что Аэрилин может идти, она

завизжала от радости. Она обвила руками его плечи и сказала ему, какой он добрый и

щедрый. Они бы проплакали всю ночь насчет того, как будут скучать, но Килэй кашлянула

и напомнила, что их ждет корабль. Они попрощались с Горацио и пошли к причалу.

Каэл не мог поверить, что корабли такие чудовищные. Фонари висели по пути на

расстоянии нескольких шагов. Они отмечали край для путников, а еще давали разглядеть

судна. Он вытащил «Атлас» из кармана и начал проверять, какие он знает.

Он узнал лодки с прусами, они были меньше остальных и быстрее. Герцог мог

использовать их, чтобы распространять свои дурацкие законы. Он лишь по запаху узнал

широкие рыбацкие лодки: пахло мертвой рыбой, запах висел как облако. Даже зажав нос,

он ощущал вкус во рту. Джонатан поднял воротник до носа, Аэрилин тихо кашляла в

платок. Килэй была в капюшоне, и он не видел ее лицо.

Она могла и не скривиться.

Крики и смех привлекли его внимание к самому высокому кораблю. Группа

бородатых мужчин склонялись у поручней и били кружками о броню на груди, пытаясь

привлечь внимание Аэрилин. Когда она подняла голову, они засвистели.

Джонатан заслонил ее собой и зажал ей рот раньше, чем она возмутилась.

– Простите, ребят, она занята! – подмигнул он.

Солдаты рассмеялись и подняли ему кружки, он отсалютовал в ответ.

– Я поцелую ее за вас! – крикнул он, а потом уголком рта сказал Аэрилин. – Они того

не стоят, девочка. Они пьяные и свешиваются над океаном. До утра часть точно не

доживет.

Они прошли три шага, когда услышали плеск и вопли.

– Видишь? Что я говорил? – улыбнулся он.

Килэй выбрала им торговое судно, судя по большому количеству бочек на

поверхности. Они прошли по трапу, Каэл ощутил, как странно сжимается желудок. Его

ноги подрагивали, он понял, что, если смотрит на воду, становится хуже.

Наверное, это было от волнения.

На борту было много солдат герцога, все они были в броне. Несколько матросов

делали всю работу. Они грузили ящики, привязывали их, готовили корабль к отправлению,

пока люди герцога прислонялись к поручням и следили.

Килэй довела их до солдата, пронзившего их взглядом.

– Вы платили за двоих, мисс, - сказал он Килэй. К счастью, капюшон не давал ему

рассмотреть ее лицо. – Я не могу позволить четверых, у нас нет места.

– Вам и одного пассажира нельзя, - парировала она. – Я могу заплатить много, и

место у вас найдется.

Он посмотрел на тяжелый мешочек на ее поясе и заерзал.

– Вы не понимаете, мисс. Если герцог узнает, я потеряю место. А сейчас это как

смертный приговор. Простите, но вам придется поискать другое место.

Килэй потянулась к мечу, но Аэрилин вмешался раньше, чем она убила всех.

– Прошу, сэр. У нас важное дело и мало времени. Вы не можете нам помочь? Хотя бы

до следующего порта?

Под чарами глаз Аэрилин солдат быстро смягчился.

– Хорошо, - проворчал он. Он взял мешочек у Килэй и быстро спрятал в карман. –

Сюда.

Они прошли за ним в конец судна, где между двумя стопками ящиков была натянута

ткань.

– Будете все время здесь. Если нужно облегчиться, зовите стражей. Они отведут вас к

поручню. Не шумите, - он понизил голос. – Моря опасны, особенно, для таких кораблей,

как наш, - он ушел, оставив их устраиваться на ночь.

Место было не похоже на комнату гостиницы. Даже когда они ночевали в пути, Каэл

мог растянуться. Но теперь к его боку прижималось плечо Аэрилин, он был придавлен к

твердому дереву ящика. Джонатан уже уснул, судя по тяжелому дыханию, которое