Ощутив, что девушка близка к оргазму, Арес удвоил усилия, перекатывая набухший узелок плоти между подушечками пальцев и одновременно работая языком. Все быстрее и быстрее он обводил им края влагалища, а потом погрузил глубоко внутрь. Кара забилась, заметалась и на этот раз выкрикнула его имя в пароксизме экстаза.

Он ощутил на губах пикантную сладость оргазма. Пока Кара пыталась отдышаться, Арес стал легонько лизать её трепещущий клитор, и она кончила снова, так стиснув ладонями его ягодицы, что он не сомневался — появятся синяки.

— Ты… нужна мне… сейчас же… — хрипло проговорил Арес.

Подстегиваемый болью, страстью и непреодолимым желанием войти в неё, он поднял Кару, освободив её ноги. Одним плавным движением он перевернул девушку, поставив на четвереньки на песок. Теперь им завладела совершенно животная похоть, и он, опустившись на колени позади нее, сжал ее бедра и вошёл в неё. Он давал ей то, о чем она просила, ничего не жалея. Он погружался в неё на всю длину, так, что они оба двигались вперед, оставляя на песке глубокие следы.

— Да, — хрипло проговорила Кара, вытянув руку назад и цепляясь ногтями за его бедро. — Ещё!

Арес зашипел от боли и удовольствия, ставшими ещё одной гранью его экстаза. Её настойчивая просьба разожгла пламя похоти ещё сильнее. Зарычав, словно тварь из самого Шеула, он поймал запястье Кары и завёл его вниз, под неё, одновременно схватив другую её руку, так что она, лишившись опоры, упала вперед. Даже в тумане пожиравшего его желания он вспомнил, что это его половинка, его сокровище, и подставил предплечье, чтобы её щека лежала на нём, а не на песке.

Она отблагодарила его за эту любезность укусом.

Ах, черт возьми, как же он её любит. Он грубо сжал оба запястья девушки одной рукой и прижал их к её плоскому животику, так что попка Кары оказалась приподнята, а он покрывал её. В этой позе девушка была отдана на его милость, она оказалась полностью в его власти, и, судя по стонам, перемежавшимся со шлепаньем его бедер о её ягодицы, совершенно потеряла голову от удовольствия.

Оргазм кипел в его яичках, покалывал пониже спины, и, когда он вырвался наружу, Арес впился зубами в плечо Кары, и она закричала, кончая вместе с ним. Она снова укусила его за руку. Ареса пронзила боль, чертовски приятная боль, подтолкнувшая его к ещё одному оргазму, волной накатившему на первый — самому сильному, рвущему душу на части сексуальному переживанию в его жизни.

Стенки влагалища сжались вокруг члена, заставив Ареса вздрогнуть от последних спазмов удовольствия. Оба тяжело дышали, их кожа блестела от пота, а Арес дрожал всем телом. Черт. До чего. Хорошо.

Восприятие мира вернулось к нему лишь через несколько минут, и тогда он осознал, что лежит на Каре, грозя раздавить её, что его зубы так и не отпустили её плечо, и с трудом поднялся.

— Черт… Кара… ты как?

С ленивой улыбкой она, точно кошка, перекатилась на спину и потянулась, демонстрируя ему своё стройное, прекрасное тело.

— Это, — промурлыкала она, — и было то, чего я ждала всё это время.

Он обнял её, поражаясь, как же ему повезло.

— Всегда пожалуйста, дорогая.

— Вот и славно. — Она лизнула его горло, и от этого долгого горячего прикосновения он вновь завёлся, словно мотоцикл. — Помнишь, что ты мне говорил тогда, в душе?

У Ареса пересохло в горле. Он помнил. Он повёл себя как последняя задница, описывая то, чего, как ему было известно, она никогда не делала. Но только что они вычеркнули две позиции из этого списка.

— Да, — просипел он.

— Ну так вот, я хочу попробовать и всё остальное. Сегодня же. Так что, надеюсь, у тебя, дорогой, есть свечи, хлыст и хороший запас сил.

О да, у него всё это есть.

Боже, он любит эту женщину.

Арес стоял на песке у кромки воды. Его лицо ласкал тёплый ветерок. В нескольких сотнях метров от его дома, в конце тропы, по которой, должно быть, сейчас шла Кара, была уединённая пещера. Он сказал Каре, что хочет устроить пикник в честь месяца со дня их знакомства. Сам Арес пришёл раньше неё и уже расстелил одеяло и поставил корзинку с шоколадом, фруктами и шампанским. Побелевшими от напряжения пальцами он сжимал какую-то коробочку.

Он услышал за спиной тихие шаги Кары и улыбнулся, когда она, подойдя, обняла его за талию и прижалась к его спине.

— А где твой пёс? Я уж думал, он прибежит с тобой.

— Он прошёл со мной примерно полдороги, а потом погнался за кроликом.

— Чертовой шавке положено гоняться за крысами, — пробормотал Арес, но его грубость была напускной. Если не считать того случая, когда Хэл, слегка заигравшись, тяпнул Ареса, и того парализовало почти на пятнадцать минут, ладили они неплохо. Оба понимали, что безопасность и благополучие Кары важнее всего, а это была превосходная общая позиция.