Она подвинула к себе папку и быстро проставила свой автограф на полях, помеченных галочками.

– На, забирай свою макулатуру.

Юля быстро убрала подписанные бумаги в папку.

– Вот и славно. Но я так понимаю, что это не главное. О чем еще ты хотела со мной поговорить?
– сделав маленький глоток из бокала и прикурив сигарету, спросила она.

– Дело в том, что на прошлой неделе на меня вышел человек из "Башни".

– Что еще за "Башня" такая?
– недоуменно подняв брови спросила Карина.

– Это молодая, но уже довольно успешная телекомпания. В основном, они занимаются производством сериалов. "Еще раз о главном", "Чужое счастье", "Однажды бывает поздно", - это все они. Неужели не слышали?

– Нет, - Карина равнодушно пожала плечами, выпуская в воздух тонкую сизую струйку дыма.
– Я принципиально не смотрю телевизор, уж тем более - сериалы. У меня просто не хватает времени для этого. Но ты продолжай, Юля, я тебя внимательно слушаю.

– Так вот, они предлагают снять многосерийный фильм по вашим книгам.

– И что надо от меня?

– Самое главное - это ваше принципиальное согласие. Как вы на это смотрите?

Карина, в ритм музыке, покачала стройной ногой, обутой в изящную лакированную "лодочку" на высоком каблуке и затушила сигарету.

– Как тебе мои новые туфли? Симпатичные, правда?
– задумчиво спросила она.

– Правда, - кивнула слегка сбитая с толку внезапной переменой темы, Юля.

– Только вот натирают, заразы! Представляешь, купила, а теперь еле хожу, как ни вечер - так все пятки в кровь.

– Я не понимаю...

– А что тут понимать? Эта твоя "Пирамида" или как ее там...

– "Башня", - подсказала Юля.

– Вот-вот, "Башня", - это такие же туфли, - улыбнулась Карина, - Звучит красиво, но возникает логичный вопрос: а оно мне надо? Ну, ввяжусь я в эту авантюру, и что? Я в свои книги сердце вкладываю, как это не высокопарно звучит. А тут придут какие-то дяди-тети, испоганят мои мысли, переврут, извратят, и будут у меня не пятки кровить, а душа. Знаю я эти новые прочтения. У режиссера, видите ли, такое "своеобразное" видение! А до того, что думал и чувствовал автор, когда писал роман, никому и дела-то нет.

– Зачем же так категорично, Карина Алексеевна!
– с жаром возразила Юля.
– У них прекрасные сценаристы, вам только нужно будет контролировать и корректировать их работу. Они уже даже набросали пробный вариант. Вот, почитайте, - она выложила на стол еще одну толстую кожаную папку, - Я просто уверена, что к вашим замечаниям и пожеланиям отнесутся с уважением и большим вниманием. Кроме того, это дополнительные деньги, реклама, пиар, слава, в конце концов!

– Тьфу ты ну ты! Ненавижу эти дурацкие новомодные словечки. "Пиар" - это ж надо было такое придумать!
– поморщилась Карина.
– Ладно, когда я должна дать ответ?

– Как можно быстрее, Карина Алексеевна.

– Ты хочешь сказать, что если я в ближайшее время не соглашусь, то они откажутся от этой затеи?
– недоверчиво подняла брови Карина.

– Не думаю, - понимающе улыбнулась Юля.
– Но какой смысл тянуть?

– Да, ты права, смысла нет. Ладно, давай сюда свой талмуд, почитаю на досуге, если он у меня когда-нибудь будет.

– Каринка? Красина? Глазам своим не верю! Ты ли это?

Карина вздрогнула так, что сорвавшийся с сигареты ртутного цвета столбик упал ей на ногу и прожег дыру на тонких колготках. Словно не заметив этого и не ощутив боли, она, как завороженная во все глаза смотрела на мужчину, уверенной пружинистой походкой идущего к их столу.

Высокий, стройный, плечистый, он был одет в темно-синие джинсы и светлую рубашку с расстегнутым воротом. Его красивое, но какое-то порочное лицо светилось белозубой улыбкой. Этакий обаятельный мерзавец. Подойдя к ним, он по-хозяйски обнял Карину и, не спросив разрешения, отпил из ее стакана и слегка скривился.

– Фу, Красина, ты как всегда в своем репертуаре. Нет, чтобы вина выпить или коктейль.

– А ты, как я посмотрю, тоже не сильно изменился, - ледяным голосом проговорила Карина, брезгливо отстраняясь от него.
– Коньяк и одеколон, - твоя любимая гамма ароматов.

Мужчина, откинув голову, громко засмеялся:

– Красина, - ты самая большая зануда, которую я встречал в своей жизни!

Затем он на секунду отошел к соседнему столу и вскоре вернулся оттуда, неся еще один плетеный стул.

– Мне кажется, я тебя не приглашала, - Карина говорила будто через силу.

Юлия, с любопытством наблюдавшая разыгравшуюся перед ней сцену, с удивлением заметила, что на бледном лбу Карины вдруг выступила испарина, а глаза загорелись каким-то болезненным лихорадочным блеском.