Но на сей раз Моргане ничего не пришлось останавливать. В маленькой соседней спальне что-то разбилось, и раздался испуганный крик.

Землетрясение тут же прекратилось.

Девочка снова заплакала, прижавшись к двери, будто хотела сбежать. Моргана никогда в жизни не была так рада чужим слезам.

Она позволила им острыми иглами пронзать сердце сына. Себастьян зажмурился и опустил голову, словно наконец смирился.

На столе остался ледяной узор вроде того, что появляется утром на окнах… Пугающе. В комнате было так холодно и тихо. Весь дом замер, как будто из него за секунду вытянули все тепло и жизнь.

«Опасен. Он намного опаснее, чем я полагала».

Даже Дрейку не под силу собрать столько энергии так быстро.

И страх тут же пропал.

Даже Дрейк не выстоит против мощи Себастьяна. Триада советников склонится перед ее величием. Моргане лишь надо забрать у сына способности.

С пустым беспомощным выражением лица он взял письмо:

— Ты еще чего-то от меня хочешь?

Да. Намного больше, но сейчас Моргана не осмелилась это озвучить. Неужели она упустила признаки того, как близок он к срыву? Или Себастьян научился это скрывать? Надо быть с ним очень-очень осторожной.

— Просто… доставь это письмо. И это. — Она перебрала разбросанные бумаги и выудила закрытый конверт с прядью волос и инструкцией по доставке. — Пора заставить мисс Мартин выполнить свои обязанности. Проследи, чтобы наш дружок оставил послание у нее на кровати. Надеюсь, она приняла к сведению мои угрозы и сделала, как велено.

— Я не позволю тебе причинить боль этому ребенку.

— Я и не собиралась. — Моргана натянуто улыбнулась. — Убийство — на редкость грязное дело.

И бесповоротное. Можно уничтожить рычаги давления, но кто знает, вдруг они понадобятся снова? По этой же причине она родила Себастьяна.

— Мне надо лишь убедиться, что девчонка исчезнет без шума. Ее больше никто не увидит и не узнает, где она.

Себастьян положил оба конверта в карман камзола. Моргану нервировало, что он ничем не выдал своего согласия или несогласия.

— Тогда… сегодня днем ты свободен, — медленно процедила она. — Сделай что-то для себя, что тебе нравится, только не выдай нас. Выбери сам. Увидимся за ужином, вечером у нас дела. — Она склонила голову, заметив недоверчивый взгляд сына. Возможно, им удастся осторожно манипулировать. — Я могу быть доброй, Себастьян, сама бы так предпочла. Только перестань мне сопротивляться.

Он зажмурил красивые пустые глаза, обрамленные черными ресницами.

— Проблема в том, поверю ли я тебе?

***

Дрейк захлопнул книгу и поднял голову, глядя на юг. Воздух сгустился от чар, которых он прежде не видел. Они походили на яростную бурю. Часть ее вырвалась и ударилась о землю, словно молнии. Непредсказуемые и беспощадные, точно огромная приливная волна, что угрожающе замерла на горизонте. Дрейк никогда не сталкивался с таким колдовством. Обычно чары состояли из аккуратно связанных нитей. А эта сила хотела просто бить, атаковать, излиться в мир, словно извергающийся вулкан.

Вся кровь отхлынула от рук и ног к сердцу Верховного.

Вот черт!

Заметив его внезапную реакцию, Элинор Росс оторвалась от карты, над которой водила карманными часами:

— Какого дьявола произошло? — Она слишком хорошо знала Дрейка, чтобы прочитать сигналы лица и тела. — Что случилось?

— Кто-то пользуется экспрессией.

— Где? Ты можешь остановить это или выследить колдуна?

Он ощутил металлический привкус чар и закрыл глаза. Юг. Не слишком далеко, в пределах трех миль. Нужно было пересмотреть первоначальную оценку. Судя по всему, всплеск просто чудовищный по размаху. Ни один человек не может справиться с такой волной энергии.

С самой пропажи реликвии Дрейка мучила бессонница, но случившееся только что его ужаснуло. Найти этого колдуна — первостепенная задача. Пусть Ианта и Ретберн ищут артефакт, но если не вычислить того, кто выпустил столько силы на Вест-Энд, этот район перестанет существовать.

А то и сам Лондон канет в Лету.

Ретберн провел Ианту по заполненному зеваками рынку Портобелло-роуд. Вокруг голосили уличные торговцы и слышались музыка и смех.

Со вздохом облегчения Ианта заметила искомое и вслед за спутником прошла в паб «Черная лошадь». Мгновение они постояли в полутьме, привыкая к скудному освещению. Присутствие Люсьена придавало уверенности. Он, словно защищая, обнял Ианту за талию и огляделся. Какие-то трое мужчин попивали эль и задумчиво сверлили взглядом столы. В «Черную лошадь» приходили вовсе не пообщаться. В оккультном мире паб считался нейтральным убежищем, и здешнюю атмосферу прямо пропитывало черное колдовство. В зале царила легкая зловещая аура, будто горькое затхлое пиво смешалось с воздухом из свежевыкопанной могилы.