— Не знаю, — ответил он, облизывая губы сухим потрескавшимся языком. — Не видел ее с того самого развода.

— Ой, да брось, Хорроуэй. Я не идиотка. Когда-то вы были не разлей вода… Вроде даже были помолвлены до ее обручения с Верховным. Ты ходил за ней как привязанный, пока Моргана не бросила тебя ради Дрейка. А еще поговаривают, что именно ты помог ей сбежать из страны, когда Дрейк и Совет Ордена назначили цену за ее голову. Она с тобой связывалась?

— Зачем? — презрительно протянул Хорроуэй.

— Не знаю. — Ианта пожала плечами, а ее глаза странно блеснули. — Может, ей нужно было убежище? Или информация о… неких реликвиях.

— Ничего не знаю ни о каких реликвиях.

— Интересно, что из всех заданных мною вопросов ты ответил именно на этот.

Именно такой Ианта предстала перед Люком год назад в отеле «Гросвенор», когда явилась его арестовать. Искусной, коварной, умной и уверенной в собственной мощи… Только в своих покоях она выказывала уязвимость. Опасная смесь. С одной стороны его восхищала ее сила воли, а с другой — будоражила мысль, что Ианта обратилась к нему за утешением. Люсьену хотелось выяснить все ее тайны, понять, почему иногда у нее такой грустный взгляд, когда она отрешенно выглядывает в окно…

— Не знаю, где Моргана, не знаю, чего она хочет, не знаю…

— Но ты не отрицаешь, что она в Англии.

Хорроуэй замолчал, а потом оскалился:

— Клятая стерва, ты не знала!

На губах Ианта заиграла легкая улыбка. Она медленно, шурша юбками, прошла перед Хорроуэем, словно ученый, задумавшийся над проблемой.

— Она вернулась в Англию, в Лондон, но не пришла к тебе за помощью. О, как тяжко падать с небес на землю. Бедный Элайджа. Ты был так ей предан, надеялся, что когда-нибудь она к тебе вернется… Однако теперь, когда ты такой, надежды нет. Моргана не захочет неполноценного мужчину. Нет, к кому же еще она бы обратилась? — Ианта постучала пальцем по губам. — У нее никогда не было союзниц, только союзники. Хотя, скорее марионетки. И кто же из них жив и пляшет под ее дудку? Ну разумеется, Тремейн, но они расстались не в лучших отношениях, когда Моргана вместе с Дрейком украли у него реликвии преисподней. Треймейн долго с ней возиться не будет. Есть Роджер Мэддесли, но какой от него прок? Честер Хеммингфилд амбициозный мужчина и недолюбливает Верховного… — Ианта обратилась к Хорроуэю: — Кто из них?

— Пыжься сколько влезет, выуживай сведения, я не собираюсь идти у тя на поводу.

Люсьен вытащил из пальто карманные часы:

— Сколько у него осталось?

Обернув руку платком для защиты, Ианта достала цепочку из-под рубашки Хорроуэя.

— Хм, трудно сказать. Несколько дней от силы.

У них не было столько времени…

— Давай отвезем его к тебе домой и запрем в подвале, подальше от свежих тел?

— Гм.

— Да пошли вы! — рявкнул Хорроуэй, дергаясь в незримых путах на стене.

— Тремейн, Мэддесли или Хеммингфилд? Кто ей помогает? — потребовал ответа Люсьен.

— Откуда, черт побери, мне знать? — огрызнулся Хорроуэй. — Разве похоже, что я слежу за ее поклонниками? Может, вам расширить список? Много чародеев устало от гнета Верховного.

— Он лжет, — уверенно заметил Люсьен. Ему было намного сложнее читать слабые блики на лице Хорроуэя, чем радужные переливы у Ианты. Но он знал, что не ошибся. — Только что солгал.

На Люсьена уставилось две пары глаз. Затем Ианта вскинула бровь и перевела взгляд на Хорроуэя:

— Значит, кто-то из списка.

— Да пошла т…

Она выкрикнула одно из ритуальных слов и стиснула кулаки. Хорроуэй ахнул, а его фляжка вылетела из кармана прямо к Ианте. Та сняла колпачок и наклонила сосуд, грозя вылить содержимое на пол.

— Я уже предупреждала тебя об оскорблениях, и сейчас лучше не испытывай мое терпение. Моргана кое-что у меня украла, и я хочу это вернуть. — Зеленая струйка пролилась и зашипела, будто прожигая деревянные половицы. — Я уже на грани. Скажи правду, и я оставлю тебя гнить тут. Мне правда совершенно наплевать, что с тобой будет.

— Не смей… — Хорроуэй корчился от ярости, наблюдая, как Ианта выливает еще драгоценного эликсира на пол. — Сучка! Проклятая сучка! Ладно. Я знаю, где она. В отеле «Виндзор». С любовником. — Он ухмыльнулся и сплюнул. — И попробуйте пройти мимо него!

— С любовником? — Ианта прищурилась.

— Красивый щеголь, которого она таскает за собой. Он носит колдовскую личину, что-то вроде маски, но силен. Сильнее, чем ты и твой драгоценный Верховный! И вообще такого я еще не встречал.

— Значит, ты ее видел. — Еще одна зеленая капелька упала на пол. — Но не водишься с ней?

Хорроуэй потерянно отвел подернутые пленкой глаза. Несмотря на всю отвратительность этого мужчины, Люсьен ощутил укол сострадания. Теперь, когда Хорроуэй больше не мог доставить удовольствие той, кого, по слухам, когда-то любил, его отбросили, как использованную игрушку.

Однако он почти чудовище, и об этом нельзя забывать. Иногда некромант брал тела вовсе не из могил.

— Она тебя больше не хочет? — спросил Люсьен, приказав себе не размякать. — Что она у тебя попросила?

— Тебе ли не знать?