— Миссис Гастингс не будет знать, что и думать.

— Да уж наверное.

Он развел ей колени в стороны, и под халатом обнаружилась обычная полотняная ночная рубашка. Люк подвинул стул ближе. Ианта заколебалась и заправила прядь за ухо. На ее щеках появился робкий румянец.

— Мы могли бы помочь друг другу уснуть.

— Сомневаюсь, что сон входит в твои планы.

— Верно. — Люсьен поцеловал тыльную сторону ее запястья. — Однако сегодня важны не мои желания.

Ианта затаила дыхание. В ее глазах была грусть. Люк вдруг понял, что она часто грустит. Он застыл, но когда она моргнула, ее печаль исчезла как пыль на ветру.

— Зачем ты спустилась?

— Не могла уснуть, услышала, как ты играешь. Как-то… жадно. С тоской. Эмоции и привлекли меня сюда.

Пришла ли она специально к нему? Ианта обхватила его лицо рукой, погладила по щеке, коснулась большим пальцем губ.

Люсьен чуть прикусил ее ладонь. Они оба вздрогнули. Вдалеке мелькнула молния.

— А по чему ты тоскуешь?

— По тебе.

Как же он ее понимал.

— Наши отношения все опаснее.

Каждое прикосновение, каждая минута усиливали узы. Дело не только в сексе, но в близости. Соглашаясь на договор, Люк такого не ожидал. Если они продолжат в том же духе, вскоре их узы нельзя будет разорвать.

— Неужели такая перспектива настолько ужасна? — тихо спросила Ианта. Ее глаза напоминали бездонные темные водоемы. — Прошло несколько дней, а от мысли о том, что ты умрешь или что наша связь нарушится, у меня мурашки по спине. Она стала… частью меня.

Ианта гладила его лицо, и Люсьен наслаждался лаской.

— Я уже ничего не знаю. Просто хочу тебя.

Она сглотнула.

— А я тебя.

— Знаю, — сказал он, прикрыв глаза. — Чувствую. — Это и кое-что еще. — Ты от меня что-то скрываешь.

Ианта замерла.

— Не отвечай. И так понятно.

— А ты ничего не скрываешь? — сладко парировала она.

Люсьен поднял голову. Конечно, у него были тайны.

— Я не уверен, насколько могу тебе доверять.

Она опустила черные ресницы.

— Взаимно. Но знай: я никогда тебя не обижу, Люсьен.

— Не обидишь?

— Нет. — Она облизнула губы. — Ты… стал для меня важен. Не знаю, в связи ли дело или просто в том, что мы пережили. Временами мне кажется, что это было неизбежно. Ты. Я. Судьба. Что бы я ни делала, почему-то все время возвращаюсь к тебе.

— Ты о том, как задержала меня год назад?

— Да, — сказала она и снова опустила взгляд. — Меня тянет к тебе. Всегда к тебе.

— Тянет? Вот здесь? — Он положил руку ей на живот.

Она сверкнула глазами.

— Или тут? — шепнул он, опуская ладонь ниже.

Ианта закрыла глаза и кивнула. От столь явной демонстрации ее желания его сердце забилось чаще. И пусть они пока по-прежнему не до конца доверяют друг другу, так будет проще. Просто желать. Просто брать.

— Ты хочешь меня. Скажи.

Она теснее прижалась к нему бедрами.

— Я тебя хочу.

— И какую часть меня ты хочешь?

Ианта обхватила его за затылок и притянула к себе. Люсьен по инерции уперся костяшками в клавиши, произведя очередную какофонию. Ианта обдавала дыханием его рот. Люсьен посмотрел на ее сладкие губы. Как же хочется попробовать… Это желание сводило его с ума. Он провел руками вверх по ее бедрам, приподнимая шелк и ткань рубашки, ощущая теплую кожу.

«Поцелуй меня», — мысленно бросил вызов Люсьен.

«Сам меня поцелуй», — услышал он в ответ по их связи.

Но Люк еще не готов был сдаться.

Как и Ианта.

Неудовлетворенное желание мелькнуло на ее красивом лице, а затем она укусила Люка в шею, выражая свое раздражение. Он запрокинул голову, чтобы ей удобнее было зализать ноющую кожу, и вздрогнул, ощутив легкое фантомное прикосновение к бедрам. Оно переместилось выше, стало увереннее, а потом по мошонке словно перышком провели.

Люсьен сжал ее запястья. Они с Иантой уставились друг на друга. Фантомная ласка пропала. Люк завел Ианте руки за спину и посмотрел на нее с молчаливым предостережением. Сейчас он главный, а не она.

Затем провел пальцем по гладкой коже между ключиц и опустился к округлым грудям. Ианта сглотнула.

— Ты создана для мужских прикосновений, — шепнул он.

На ее лице промелькнула обида, и Ианта отвернулась.

— Мой отец как-то тоже так сказал.

И уж явно не в качестве похвалы. Люсьен пристально взглянул на ее профиль.

— Я не хотел тебя оскорбить. Ты прекрасная и страстная. Словно буря на горизонте, пусть и не такая свободная. В тебе бурлит дикая чувственность. — Он погладил ее по шее. — Нечего стыдиться.