— Так, то только больших сел, — поправил товарища Ставер. — А сколько мелких, на несколько дворов, да хуторов, и не сосчитать.

— Да, — Креслав подтолкнул под головой старый тулуп, который им приспособили вместо подушки. — И не сосчитать. Дай Бог, чтобы мы не ошиблись, и Воинко здесь оказался.

— Да, здесь он. Сам видишь, что знают они, да говорить боятся. Закончились наши мытарства. Сдадим книжку, да домой повернем. Как-то там наши?

— И не говори. Столько верст истоптали. Но лишь бы не зря.

— Не зря, не сомневайся.

— Дай-то Бог. Ну, что спать надо. Завтра решающий день.

— Точно, давай на боковую.

Старики отвернулись друг от друга, повертелись и притихли.

Утром они поднялись ни свет, ни заря. Но Лада встала еще раньше. Когда они вышли, потягиваясь во двор, она уже что-то строгала на уличном столе около стайки.

— А, поднялись, калики. Ну, раз встали, давайте мне помогайте скотину кормить. Наши устали на сене. Решила — сегодня пусть поспят подольше.

Старики согласно кивнули и отправились к умывальнику. К скотине надо подходить только с чистыми руками и лицом.

К храму Макоши отправились после завтрака. Калики нацепили котомки, взяли в руки посохи и вышли вслед за хозяином. За ними выскочила любопытная Лада и тоже зашагала следом, отряхивая подол от прилипших зерен овса — кормила коней. День разгорался светлый и теплый. На деревенской улице уже копошились куры и гуси. «Лепешки» и «яблоки» в изобилии усеявшие дорогу, свидетельствовали о том, что здесь недавно прошло общественное стадо. Богумир неспешно вышагивал впереди, внимательно поглядывая под ноги. Навстречу попался маленький седой старичок. Богумир почтительно снял шапку.

— Куда это вы с утра пораньше?

Хозяин дома наклонился к нему и шепнул на ухо несколько фраз. Старичок сразу выпрямился и перехватил палку поудобнее:

— И я с вами. Давно хотел с весталкой о жизни поговорить, да все никак. Заодно и побеседую, — и пристроился рядом с Богумиром.

Потом им попались две молодухи. Смешливо зыркнув глазами на стариков, они тоже решили идти с ними. Затем к компании присоединились трое парней, похоже, из-за молодух. Две старушки примкнули к ним, подтянув платки, когда оказалось, что они шли в ту же сторону. Совсем лысый мужик с топором в руке, видно за дровами собирался, и стайка разновозрастной детворы, среди которых калики признали Родислава, вскоре тоже шагали рядом. Последним к компании примкнул огромный старик, которого Богумир уважительно назвал Глушата. В общем, у храма остановились вместе с каликами уже человек тридцать сельчан.

Услышав гул голосов у дверей, из храма выглянула служка. Увидев, столько народу собралось у крыльца, она быстро шмыгнула обратно. Люди, тихо переговариваясь, приготовились ждать. К счастью, ожидание не затянулось. Весталка, оказавшаяся высокой и худой женщиной лет сорока, вышла вскоре. Она замерла на крыльце храма, сложив руки на груди. Серебряные браслеты, обильно украшавшие ее запястья, мелодично звякнули. Немного растеряно она оглядела внимательные лица односельчан:

— Что-то случилось?

Толпа зашумела. Вперед выступил Богумир.:

— Мы к тебе за советом, Надёжа. Выслушай, — он с трудом перекрыл голосом гомон.

Она спустилась по ступенькам и подошла ближе:

— Слушаю, говори.

Старик подождал, пока народ немного затихнет:

— Тут такое дело, — он обернулся на каликов, и те, догадавшись, что от них требуется, дружно шагнули вперед. — У нас вот бродячие люди остановились. Так вот. Они ищут человека. Говорят, что он где-то в этих краях уже лет шестьдесят, как живет. Ведуна. Звать, говорят, Воинко.

Толпа снова зашумела. Богумир обернулся и вскинул ладонь:

— Да тише вы, ничего не слышно.

Гул малость утих.

Надёжа при его последних словах вскинула глаза на старичков. Она опустила руки, снова звякнув браслетами, и изучающее их оглядела:

— Значит, какого-то Воинко ищете?

Калики смиренно кивнули.

— А зачем он вам?

Креслав положил ладони на головку посоха:

— Наш товарищ он. С одного села Хотмы. Много лет назад село сожгли княжьи люди, а он с идолом Белбога ушел на север. Мы же ему весть принесли от нашего волхва Матвея, что умер не так давно. Перед смертью он наказал его найти и весть ту передать.

— А что за весть?

Старики переглянулись. Ставер повторил жест товарища и тоже навалился на посох:

— Книгу надо отдать ему важную. Ей многие тысячи лет.

Женщина поразмышляла, опустив лицо:

— Ну, вот что. Где этот ваш Воинко я не знаю.

Старики удрученно нахмурились.

— Очень жаль.

— Я не договорила.

Старики снова вскинули глаза.

— На Купалу должен придти ведун Белогост. Он всех ведунов знает. Если поможет вам, значит поможет. Не захочет помогать — не взыщите.