Уэйк-Уолкер пребывал в задумчивости. Он задержался, отсылая эсминцы в Исландию для дозаправки и реорганизуя все уцелевшие самолеты в одну новую эскадрилью. Загадочный вражеский рейдер тем временем развил ход и ускользнул, уйдя от их радаров. Желая возобновить преследование, утром он отправил самолеты на разведку двумя группами по три. Только один самолет в каждой группе был оснащен радаром — два других были, в сущности, не более чем приманками. Если противник мог стрелять по ним этими проклятыми ракетами большой дальности, они, скорее всего, поразят неверный самолет и снова будут обнаружены. Однако у самолетов обнаружились сбои в работе радаров, и ведущий группы доложил, что они ничего не могут на них увидеть. С неохотой адмирал отдал приказ изменить курс, чтобы наилучшим образом посадить самолеты. HMS «Фьюриос» шел впереди. Из его авиагруппы уцелели всего два самолета. В свое время он будет отправлен в Скапа-Флоу для приема новых, но пока что он был не более чем беспомощным разведывательным кораблем.

Хотя для этой роли, как ни странно, он и создавался, будучи заложенным в 1915 году. «Фьюриос» был одним из трех «диковинных» кораблей, «легким» линейным крейсером, вооруженным всего двумя огромными орудиями в двух башнях — одной на носу и одной на корме. Однако вскоре носовая башня была убрана и заменена на палубу для взлета гидросамолетов, что превращало «Фьюриос» в гибрид крейсера и авианосца. Спустя год была также убрана и заменена на площадку для гидросамолета и кормовая башня, а к 1925 году обе площадки были заменены на полетную палубу, накрывшую почти весь корпус корабля. Два других «диковинных» корабля, «Корейджес» и «Глориес» прошли подобную перестройку, но первый оказался торпедирован подводной лодкой U-20 17 сентября 1939 года, а второй потоплен «Шарнхорстом» и «Гнейзенау» 8 июня 1940 во время эвакуации Норвегии. «Фьюриос» был последним из «диковинных кораблей», странного наследия Первой Мировой войны, ставшего переходным звеном к новой эпохе. Однако этим утром он оказался обречен возмездие от времени, которого никто на его борту не мог представить, не говоря уже о том, чтобы понять.

Две ракеты «Москит-2» ушли по дуге в небо и помчались на север, набирая скорость молнии в первые 90 километров пути, а затем снизились до предельно малой высоты над морем. Каждая ракета была нацелена на один из британских авианосцев, но по какой-то причине они обе шли на ведущий корабль, странного изгоя флота, HMS «Фьюриос». Мичман Билл Симпсон по чистой случайности заметил приближение ракет, когда работал на полетной палубе с Альбертом Гибсоном.

— Гляди, Эл, — сказал он, и они оба заметили какой-то смазанный образ со стороны носа по правому борту, летевший нереально быстро, а затем ударил прямо по кораблю. Раздался громовой рев, когда их поразила первая ракета, проломив трехдюймовую броню и вызвав во внутренностях корабля огненный ад из-за воспламенения остатков топлива.

Задержка движения привела к тому, что оперативная группа оказалась почти за двести километров от противника, и это в некоторой степени спасло их. Ракеты израсходовали большую часть жидкого топлива до того, как ударили по цели, а значит, имелось меньше топлива для пожара. Через несколько секунд ударила вторая ракета, буквально рванув корабль в сторону. Симпсон и Гибсон упали на палубу. К частью, они находились в корме, и когда взрыв ракеты разорвал тонкую полетную палубу, оказались спасены от облака осколков, огня и мусора. Однако «Фьюриос» получил тяжелый удар, выведший его из строя. Ангары в передней части корабля были полностью уничтожены, а град перекрученных стальных осколков изрешетил все в кормовой части. Огонь и густой черный дым были повсюду.

Адмирал Уэйк-Уолкер на «Викториесе» рывком повернул голову и ошеломленно уставился на пораженный «Фьюриос». Он был в штурманской рубке минуту назад и не видел приближающихся ракет. Поэтому, как и капитан «Рипалса» Теннант решил, что это была торпедная атака или удар вражеских самолетов с «Графа Цеппелина» и прокричал приказ всем занять боевые посты. Да что такое творилось вегодня с радиолокаторами? На них не было никаких признаков приближающихся самолетов. Затем он заметив в вышине и вдали два тонких следа, идущих с юга прямо на его корабли.

В тридцати километрах за кормой «Рипалса» адмирал Джон Тови точно понял, о чем говорил Теннант в своем безумном сообщении. «Король Георг V» получил попадание в то же место — в мидель чуть выше ватерлинии, но, к счастью, в этом месте корабль был защищен самой толстой броней — и пятнадцать дюймов новой цементированной стали все же выдержали удар. Броню «Рипалса» ракета проломила, но новый корабль Тови весь сотрясся, возник пожар от взрыва топлива, но в целом, остался невредим. Однако шок был сильнее нанесенных повреждений. И он, и все на его мостике были поражены тем, что немцы располагали оружием с такой скоростью и точностью. В поле зрения не было никаких вражеских кораблей, ничего между ним и «Рипалсом» — и это означало, что ракета была выпущена с дистанции больше ста километров, во много раз больше дальности стрельбы его 356-мм орудий главного калибра. На самом деле дистанция составляла 130 километров, и ракета преодолела это расстояние всего за две с половиной минуты.

Разум Тови был скован шоком. Он был не в силах это понять. Как они могли видеть его корабли, чтобы знать куда стрелять? Как наводили это оружие и как оно работало? Он запросил операторов радара, и те ответили, что не видят на экране ничего, кроме «снега» статического шума. Ни один наблюдатель не докладывал о признаках разведывательных самолетов. Затем, прямо в тот момент, когда ему доставили сводку по повреждениям, в небе появился еще один инверсионный след, внезапно устремившийся к поверхности моря, и корабль сотряс еще один громовой взрыв.

Крупный корабль качнулся, затем выровнялся. Было больше дыма и огня, чем действительно серьезного ущерба.

— Боже всемогущий, — сказал Тови. — Спасибо всем удачным звездам, что мы приняли их на главный броневой пояс. — Его корабль был спроектирован таким образом, чтобы пережить попадания снарядов вражеских линкоров и сохранить способность продолжать бой. Однотипный «Принц Уэльский» получил несколько попаданий 381-мм снарядов «Бисмарка», весом 797 килограммов каждый. Получив повреждения, корабль, тем не менее, остался на плаву и теперь находился в море, доставляя премьер-министра к Ньюфаундленду.