Федоров пожалел, что сказал капитану об этой книге, но уже ничего нельзя было сделать.

— Одну секунду, капитан. Я думаю, что смогу найти дополнительные сведения. — Он надеялся, что присутствие в регионе еще и американцев склонит чашу весов в его пользу. Он потянулся за еще одним томом на полке возле своего поста и быстро отметил, что Карпов с интересом проследил за ним, впервые обратив внимание на его небольшую коллекцию книг.

— Вот, капитан. Две группы: Оперативная группа «А» в составе авианосца «Уосп», тяжелого крейсера «Винсеннес» и двух эсминцев. Они должны были доставить в Исландию Р-40 армейской авиации… — Его глаза широко раскрылись. — Они должны были прибыть туда 6 августа! То есть, они сейчас находятся прямо к югу от нас. Было бы лучше, чтобы мы изменили курс, чтобы не столкнуться с ними.

— Роденко не видит ничего на юге уже несколько часов.

— Мы должны обнаружить их в ближайшее время, капитан. За ним будет следовать Оперативная группа 16 в составе линкора «Миссисипи», тяжелых крейсеров «Куинси» и «Уичито», пяти эсминцев и нескольких транспортов.

— Линкор?

— Это старый корабль, капитан. Он заложен в 1915 году, тихоходный, развивает не более 21 узла, но имеет приличную защиту — пояс толщиной 340 миллиметров, кроме того, он несет двенадцать 356-мм орудий и еще четырнадцать 127-мм. Нам не следует оказываться в пределах двадцати километрах от него, капитан. Авианосец не представляет непосредственной угрозы, так как используется в качестве авиатранспорта и не находится в боевой готовности.

— Что же, мы только что отбились от профессионалов, — сказал Карпов, подразумевая британский Королевский флот. — Пришло время показать где раки зимуют любителям. Роденко! — Крикнул он. — Дайте знать, как только заметите что-либо к югу. Самсонов, как идет перепрограммирование ракет?

— Работа ведется прямо сейчас, капитан. Мы перезагрузили несколько «Москитов» с целью отключения маловысотной траектории. Могу направить их на противника немедленно.

— Несколько? Сколько, Самсонов?

— Четыре, — застенчиво ответил тот. — И еще четыре будут готовы в течение нескольких часов. Что касается других ракет, некоторые нужно вывести из пусковых, чтобы получить доступ к модулю управления. Это может занять какое-то время.

Карпов не был доволен. Все вооружение его корабля по-прежнему было в значительной степени настроено на борьбу с одним-единственным классом кораблей.

— Проявят ли американцы враждебность? — Повернулся он к штурману.

Федоров задумался о том, что ему ответить. Неужели капитан всерьез намеревался атаковать еще и американцев? Как он мог отговорить его?

— Если они считают, что мы немецкий рейдер, то боюсь, они отнесутся к нам соответственно. Как я уже говорил ранее, они ввели правило, согласно которому любой враждебный корабль в пределах ста миль считается врагом и подлежит уничтожению. Было много дискуссий по этому поводу, но, в конце концов, американцы приняли решение считать любой немецкий надводный корабль либо подводную лодку в данном регионе как враждебную угрозу. Их военно-морские силы получили приказ перехватывать и уничтожать подобные корабли в случае их обнаружения.

— То есть, мы также должны полагать любой американский корабль враждебным, — сказал Карпов. — Что еще у них есть впереди?

— Но капитан, вы же не намерены атаковать американцев? Я полагал, что ваш план…

— Не беспокойтесь о моих планах, Федоров. Что еще у них там есть?

— У них имеются два линкора, стоящих на якоре в бухте Арджентия, «Нью-Йорк» и «Арканзас». Кроме того, у восточного побережья имеется еще один, «Техас». В составе Атлантического флота имеется также авианосец «Йорктаун», но в данный момент он находится в Карибском море. Тяжелый крейсер «Августа» направляется к Ньюфаундленду с американским президентом на борту. Кроме того, в составе группы будут и другие корабли.

— Да ты что, — сказал Карпов. — Целый Атлантический флот и большая часть британского флота вышли в море. И все они в течение нескольких дней хода от нас. Самсонов, шевелитесь! Нам нужны эти ракеты как можно скорее.

— Но капитан, — сказал Федоров. — Мы должны действовать осторожно. Были несколько инцидентов с участием американских эсминцев и немецких подводных лодок за несколько месяцев до Перл-Харбора. Ни один из них не был достаточно серьезным, чтобы спровоцировать вступление Соединенных Штатов в войну, но если мы атакуем любой американский корабль, нанеся значительный ущерб, это может изменить все. Потопление американского корабля в этих водах может возыметь тот же эффект, что и гибель броненосца «Мэн» перед испано-американской войной. Бросьте американцам вызов, и они станут непримиримыми врагами.

— А разве они уже не наши враги? — Сказал Карпов. — Они непрерывно пытались ставить преграды, ослабить и унизить Российскую Республику [96] в течение многих десятилетий. Не заблуждайтесь, Федоров. Немцы могут быть нашими врагами, но с ними мы разобрались. Это американцы доведут нас до конца позднее.

— Я понимаю это, капитан, но если американцы преждевременно вступят в войну против Германии, им придется одновременно объявить войну Японии. Это может помешать японцам спланировать или осуществить атаку на Перл-Харбор. Это может изменить все. Изменить весь ход войны.