Поттер кивнул, недолго смотрел в спину друга и тоже повернулся, спеша найти девушек. Идя по солнечной улице, он пытался вспомнить, что ему сегодня снилось. Спал он плохо и мало, потому что Ксения неважно себя чувствовала. И он боялся уснуть. Если бы он видел сон, что бы там было?

Этот вопрос мучил его весь недолгий путь к магазину мадам Малкин. Он издалека смог рассмотреть сквозь витрины, что в магазине лишь пожилая женщина, которая мерила парадную мантию гадко-лилового цвета, но Джеймс все же вошел.

Прозвенел колокольчик.

— Добрый день, сэр,— улыбнулась мадам Малкин, оборачиваясь.— Если подождете...

— Я только хотел спросить, не заходили ли сюда две девушки: рыжая и золотоволосая, красивые...— Поттер чувствовал себя неуютно под пристальным взглядом пожилой покупательницы. Или же просто волновался, ожидая ответ.

— Да, они искали теплую мантию, темно-зеленую, но у меня таких сейчас нет,— кивнула хозяйка магазина.

— И когда они заходили?

— Около часа назад, может, чуть больше.

— Вы не знаете, куда они потом пошли?— Джеймс чувствовал, что стало немного спокойнее: они здесь были, все хорошо, скоро найдутся. Может, сейчас они зашли в кафе и разговаривают с барменом.

— Кажется, собирались в «Магическую моду»,— чуть недовольно откликнулась мадам Малкин, явно сокрушаясь о том, что отдала покупателей конкурентам.

Джеймс поблагодарил и вышел на улицу, надеясь, что Малфой их перехватил.

— Простите, молодой человек...

Он обернулся — из магазина вышла пожилая леди, что покупала мантию.

— Да?— он поморщился, подумав, что она узнала в нем Поттера. Такое часто случалось, ничего не поделаешь.

— Вы спрашивали о двух девушках, что сюда заходили...

— Да,— уже с интересом откликнулся Поттер.

— Я была до этого в магазине «Мир мантий», что в новом торговом центре для волшебников. Они там тоже были. Когда они ушли, минут через десять туда заходил приятный молодой человек. Он тоже спрашивал о них. Точнее, об одной, о рыженькой.

— Что он спрашивал?— Джеймс похолодел внутри, но старался мыслить трезво и спокойно. Нечего пока впадать в панику.

— Он сказал, что ищет свою невесту, потому что она забыла дома деньги на покупку. Ему сказали, что она была вместе с другой девушкой. Но куда пошла, в магазине не знали.

— Как выглядел тот человек?

— Ммм... Молодой, симпатичный... Черные, как смоль, волосы...

Джеймс уже не слушал — он кинулся бегом к площади, к статуе Мерлина, надеясь, что Малфой уже там, с девушками. По пути он достал палочку, и по переулку поскакал огромный, медведеподобный пес, неся безмолвный зов Скорпиусу, где бы он ни находился.

Почти сразу же из-за угла вывернул Патронус Малфоя, и Джеймс побежал еще быстрее. Он издалека увидел фигуру друга, который сидел на мокрой скамейке возле статуи Мерлина. Скорпиус был один. И в его позе — он согнулся, обхватив руками голову — был ответ на вопрос, что еще не прозвучал.

Поттер остановился возле друга, тяжело дыша и хватая ртом воздух. Сердце выскакивало из груди, но это были пустяки по сравнению с тем, что он мог сейчас услышать.

— Малфой!— голос срывался.

Скорпиус поднял голову, глаза его были чужими, какими-то дикими. В руках — скомканный пергамент.

— Я опоздал,— в голосе была паника, которую Джеймс впервые слышал из уст друга.

Лили. Ксения.

Рон Уизли.

В горах ночь наступала как-то внезапно, и сразу становилось холодно, тем более осенью, но он уже привык и к морозу, и к ветру, что пронизывал до самого сердца, и к наледи на тропинке. Это все было уже обыденно и привычно.

Он опять споткнулся и в который раз помянул Мерлина и его нижнее белье. Оглянулся — городок и его огни остались далеко внизу, поэтому он смело достал палочку и зажег свет. Подниматься на холм, где они жили, в темноте было большой проблемой, если ты не маггл (у них эти странные жезлы — фонарики — на батарейках, которые собирал отец) или ты не боишься, что тебя увидят с волшебной палочкой. И сейчас, держа перед собой палочку, Рон рисковал, потому что магглы (ту-ри-сты) вполне могли тут еще бродить, сумасшедший народец. Благо, что за три с половиной года, что они держали в городке гостиницу и паб, Рон успел привыкнуть к странностям магглов и даже в чем-то понять увлеченность отца.

Рон уже видел вдали огни — это светились окна их дома. Он в который раз подумал, что они правильно сделали, поселившись вдали от всех — в силу того, что рядом были сплошные магглы (маги не находили это место в горах интересным и бывали тут редко), да и из-за их с Сарой особенности. Тут они могли более или менее спокойно переживать полнолуние. Только вот Берти скучала...

Рон вошел в дом — в гостиной было тепло от пылавшего камина, возле которого, накрывшись старым пледом, дремала Сара. Она была бледна, что особенно выделялось на фоне пламени. Глядя на нее, Рон понял, как с отъездом Берти опустел для Сары дом. Молчало пианино, сиротливо стоявшее в углу, были убраны игрушки, не летали мыльные пузыри. Зато девочка впервые за много лет была в полной безопасности (от них) и общалась с другими детьми-магами. Например, с Альбусом Поттером, с которым успела подружиться, еще не доехав до Хогвартса, о чем и написала маме.