Ты игнорировал меня все эти годы, а я хотел стать тебе другом. Лучшим, чем этот презренный гриффиндорец. Лучше, преданнее. Но что делал ты? Ты не замечал меня, лишь иногда посмеиваясь, шутя на мой счет. Я ловил взглядом все твои жесты, все твои движения, потому что ты был уникален. Я хотел стать твоим другом, но ты сделал меня своим врагом. Тихим, незаметным, недостойным внимания.

А потом я стал тебя бояться. И ненавидеть, когда ты отнял у меня ее. Я знал, что, даже отвергнутая и осмеянная тобой, она думает о тебе, она мечтает о тебе. Хотя старается этого не показывать, скрывая все за холодными улыбками. И знаешь что? Я смирился. Я оставил надежды получить ее, я отдал ее тебе, чтобы ты играл с ней.

Я смирился, я забыл о ней и о тебе. Почти. Потому что в моей жизни появилась другая. В моей жизни появилась она, моя жена. Я был безумно счастлив, я прыгал от счастья, потому что она была моей и только моей! Она не знала тебя, ты никогда не смог бы получить ее. Она была моей.

Я ее любил, как никого на свете. С того самого мига, как увидел. С самого первого мгновения. Я боялся подойти и заговорить, но мне повезло. Хоть раз в жизни, как я подумал тогда. Наши родители оказались знакомы. И так началось мое счастье, о которым ты даже не подозревал. Я был с ней рядом, я говорил с ней, я держал ее за руку. Я целовал ее, я обладал ею…

Мы шутили и играли, я делал для нее все. И когда она сказала, что хотела бы, чтобы я был немного другим, я с радостью согласился. Ради нее я совершил невозможное, потому что хотел быть таким, каким хотела бы видеть меня она. Я смог меняться. И когда я сделал так, как она просила, жизнь моя была разбита.

Вот тогда-то я понял вдруг все. И узнал все, потому что хотел знать. И счастье мое померкло. И именно тогда я понял, что она не моя. Твоя. Все еще твоя!

Я превратил ее жизнь в сказку и так же легко разбил. А потом склеил заново, отметая ненужные куски. Я верил, что теперь она будет моей. И она моя.

Но я. Я не могу забыть. Я не могу простить. Тебя. Поэтому ты заплатишь мне, Скорпиус Малфой. Много лет назад ты не счел меня достойным другом. Теперь я буду достойным тебе врагом.

И если ты меня найдешь, я буду высоко держать голову, потому что ты мне уже несколько раз проиграл. И я буду рад посмотреть в твои глаза цвета серебра и отразить их, чтобы ты понял, что я сделал, будучи твоей тенью. Что я сделал ради любви. Ради нее — той, которой ты лишь поиграл.

Теперь я буду играть с тобой и твоей любовью.

16.11.2009

Часть третья.

Скорпиус Малфой.

Грег Грегори... Что ж, когда-то это должно было, наверное, случиться...

Не забыл ее? Не простил его?

В памяти сразу всплывал этот вечно чистый и аккуратный аристократ, которого и аристократом-то считать не полагалось, потому что семья его обеднела еще во времена воинственных гоблинов...

Как удобно, что в Министерстве даже адреса записывают: не нужно тратить время на то, чтобы выяснить, где скрывается этот любитель порталов...

Все-таки не вяжется все это...

Очередной ход игры?

Тогда где этот... должен появиться, если Грегори — лишь новый тупик, подсунутый врагом?

Если и тут ничего, будем трясти Министерство, что-то там нечисто с этими порталами...

Лили, считай количество упавших слезинок, за каждую из них я отомщу сполна...

— Он бы не тронул Лили,— над ухом пробормотал Джеймс, когда они остановились у калитки, за которой уютно расположился небольшой светлый домик с какой-то непропорциональной каминной трубой, словно туда втискивался Санта-Клаус габаритов Хагрида. Все это Скорпиус замечал мимоходом, поддаваясь скорее привычке, чем действительно интересуясь домом Грегори.

— Если до сих пор не тронул, то и шансов у него не будет,— сквозь зубы проговорил Малфой, уже готовый возненавидеть и этот дом, и трубу, и их хозяина. У него всегда это легко получалось: ненавидеть...

— Малфой, у тебя сейчас лицо убийцы,— тихо заметил Джеймс, кладя руку на плечо друга. Скорпиус хотел скинуть эту тяжелую ладонь, но передумал: зачем лишние движения? Они их за сутки и так сделали уже многовато, нужно экономить силы...

Сутки. Даже меньше... А кажется, что прошли года... И что он поседел за это время, как Гарри Поттер тем незабвенным сентябрем...

Малфой, так ты скоро превратишься в нервную старосту Уизли. Или в очередного Поттера с манией все переживать. Взять себя в руки. Составить план действий.

Нужно просто сесть и подумать: холодно, четко, без эмоций. Но это после визита к Грегори, потому что сейчас четкости и хладнокровия ему точно не хватит. Хотя бы потому, что он стоял перед домой не просто подозреваемого в похищении его жены, а ее бывшего поклонника, который вполне мог, при удачном стечении обстоятельств (удачном для него), быть сейчас на месте самого Скорпиуса. Это бесило, это не давало быть спокойным — ревность. Глупая и сейчас совершенно неуместная... Ведь прошли годы...