Противоречие было на лицо. И это противоречие сбивало с мыслей, пугало, толкало к безумству. За пару дней Женя буквально потеряла все спокойствие, которое обрела в последнее время. Была в ней уверенность в том, что все, наконец, налаживается, что приходит в норму, что она справляется. Эту уверенность ей давал Дима: своей поддержкой, похвалой, довольной улыбкой, словами и взглядами. Она видела, что он готов за нее бороться, что готов ей помочь во всем, что она попросит. Видела его самоотдачу и силу. И весь он буквально внушал ей собой, что все будет хорошо. Просто нужно приложить немного усилий. И она верила этому, и была счастлива. А Ольга разрушила все то, во что она поверила. И сделала это грубо и жестоко. Но нельзя было не согласиться, что в чем-то она была права. Да во многом она была права - что уж мелочиться! И тот разговор с подругой сбил с Жени всю уверенность в собственных силах. Пошатнул ее равновесие и оптимизм, сбил с толку. И теперь она была на границе: уступить своим страхам или идти дальше, с гордо поднятой головой.

Ольга прекрасно понимала, что наговорила Жене и что тем самым натворила. Было и стыдно, и одновременное ей казалось, что все правильно. С большей составляющей побеждало последнее, и постепенно она успокоила свою совесть. В конце концов, она не сказала ничего неправдивого или ложного, не выдумала факты и не солгала. Она просто выставила это слишком грубо и резко. Но так же девушка понимала, что в глубине души надеется, что ее слова раздавят Женю, что она сорвется, что оставит-таки Диму в покое, уйдя раз и навсегда. Даст ей тем самым зеленый свет. А уж она постарается не упустить свой шанс.

Порой девушка ловила себя на том, что в голове громко и надрывно кричит ее вторая 'Я':

– Остановись! Что ты делаешь!
– кричал этот голос.

Но было уже слишком поздно. Все обстоятельства, чувства и эмоции сложились вместе, приведя к тому, что и как она делала, чего хотела и как себя вела. А хотела она Диму, быть с ним вместе. Раньше это было какое-то эфемерное желание, тайная мечта, а теперь стало четким стремлением. Она ясно представляла себе их совместную жизнь, их быт и семью. Ей было приятно думать о том, то вдвоем они буду счастливы, что именно она сделает его счастливым, дав ему то, чего он всегда хотел: нормальную семью, детей, спокойствие и порядок. Все чаще Оля ловила себя на том, что задумчиво смотрит на любимого, когда он не видит, любуется им откровенно, и именно в этот момент в голове мелькая какая-нибудь картинка их совместного будущего. Иногда Оле казалось, что она глупо себя ведет - мечтает, витает в облаках как наивная девочка-подросток. Но потом выбрасывала эти мысли из головы и продолжала это делать.

– Почему такой кислый?
– полюбопытствовала Оля, заметив, что Дима с каждым днем все больше выглядит недовольным и напряженным.

С тех пор, как они тогда повздорили, между ними еще витало легкое напряжение. Но они оба старались его сгладить: вели себя, как обычно, общались, ходили вместе обедать и много разных мелочей. И вроде все налаживалось. Для Ольги это было хорошим знаком, который успокаивал ее и уверял в том, что все наладилось и что все хорошо. А Дима был спокоен, что они с подругой смогли забыть тот глупый разговор и забыть о недопонимании. Все же Ольга была дорога ему, и если была возможность все наладить, он был только 'за'.

– Да так, - отмахнулся мужчина.

Как бы хорошо они ни общались, а посвящать Ольгу в то, что твориться в его доме, он больше не спешил, решив, что не к чему снова поднимать тему, в которой они противники и спорщики. Лучше он промолчит, чтобы больше не было недоразумений и ссор.

– Как знаешь, - пожала плечами подруга, понимая его мотивы и не спеша переубеждать.

Ей и так было ясно, что дело в Жене. И мягкое злорадство не заставило себя ждать. Что ж, соперница была умной девочкой, и понимала правоту ее слов. И возможно выводы, к которым она придет, будут теми самыми, на которые рассчитывала Ольга.

Терзания Жени в конец измотали ее. У нее пропал аппетит, было тошно, и часто кружилась голова. Общая слабость организма привела к тому, что она много спала, практически целый день. Благо, до учебы было еще пару недель и можно было себе позволить расслабиться. Грусть поселилась в сердце, а разум не отпускали размышления. Так и эдак Женя представляла себе различные ситуации, моделировала в сознании какие-то события и искала выход, принимала решение и пыталась разобраться в себе и своих желаниях. Дима, когда был рядом, одним своим присутствием внушал ей спокойствие и правильность того, что есть сейчас и будет в будущем. Но как только он уходил на работу, в голову тут же лезли противоположные мысли. И Женя терялась во всем этом, стала рассеянной и нервной, дерганой. Вздрагивала от малейшего громкого звука и шороха в тишине дома, когда была одна. Она начала пить успокоительные, но они почти не давали результата. И даже во сне, в котором она проводила много времени, не получалось отстраниться от размышлений. Ей снились кошмары или наоборот - радужные светлые сны.

Все это так выматывало, так давило, что уже через пар недель Женя была на грани срыва. Все это время Дима пытался до нее достучаться, узнать, что ее беспокоит и в чем вообще дело. Но как ему объяснить, что ее терзает? Как услышать его честный ответ на мучающие ее вопросы? Она знает, что он ответит, спроси она его о том, не надоело ли ему все это. Знает, что скажет, намекни она на то, чего лично он хочет от жизни. Дима был целиком и полностью сконцентрирован на ней, поэтому она не услышит нужной правды, логичной и рациональной. Кто-то сказал бы, что это замечательно, что мечта любой девушки - быть так сильно любимой. Но Женя пугалась того, что эта самая любовь разрушает самого любящего. Она хотела бы видеть довольные и сверкающие глаза своего мужчины не только потому, что она рядом. Смотреть, как о чем-то увлеченно рассказывает с задором и удовлетворением. Нет, иногда она видела подобное. В те моменты, когда они отдыхали в какой-то компании, общались и веселились с друзьями, все это девушка видела в том, как Дима общается с Ольгой. Вот с ней он был самим собой, таким, каким бы он был и в их отношениях, не будь между ними проблемы и пропасти непонимания и борьбы за нее, Женю. Они оба были сконцентрированы исключительно на этом. А вот с другими Дима мог отвлечься. И это тоже было ненормально и странно. Это с ней, своей девушкой, он должен быть таким. Но все было с точностью до наоборот.

– Не ходи сегодня на работу, - неожиданно попросила Женя, сидя утром за столом и глядя на завтракающего мужчину.

– Что-то случилось?
– тут же вскинул взгляд Дима, напряженно глядя на нее.

– Мне не по себе, - честно призналась Женя, отводя взгляд.
– Мне плохо, тоскливо. Не уходи.

Она смотрела на него почти со слезами на глазах, и у него сердце сжималось от того, что он видел в них.