— Я всё поняла, — ответила ему.

Получилось более раздражённо, чем хотелось бы, но моё нежелание больше поднимать вопрос о своей девичьей чести, всё же давало о себе знать.

— Времени осталось маловато, — с досадой произнёс мысли вслух князь.

Встревоженным взглядом осмотрел ещё раз Арта и разрезал испорченную рубашку безжизненного лежащего на земле.

— Осталось маловато для чего? — появилась прямо из воздуха магистр Нинель.

Ведьма заинтересованно окинула взглядом сначала Арта, потом демона, запертого в куполе плетения цвета радуги, а потом и меня.

Словно не заметив её присутствия, Александр как бы рассуждал вслух.

— Когда маги связывают себя с парой, то проводят ритуал. Архивампиры же со своей парой просто обмениваются кровью. В данном случае нам потребуется совмещение.

— Я не подписывалась выдавать дочь кесаря замуж без его согласия, — хмыкнула истинная ведьма.

И, видимо в доказательство неприемлемости ситуации, скрестила руки на груди.

— Если мы проведём ритуал самостоятельно, то есть возможность, что он не получится и тогда Арт умрёт, а ты Ева станешь вампиром, потеряв при этом свои способности к ведьмачеству — хочу, чтоб ты знала это и понимала, на что идёшь, — даже не глядя на уже начинающую откровенно пребывать в состоянии крайнего возмущения Нинель. — А если всё получится, то вы будете связаны и умрёте тоже вместе. Если умрёшь ты, то умрёт и он, и наоборот. Это, я надеюсь, тебе тоже понятно?

— Ага. Если получится, то благодаря ей он оживёт, а если не получится, то благодаря ей мы все умрём! — негодовала в меланхолии магистр.

Я бросила умоляющий взгляд в её сторону и черты лица женщины немного смягчились.

— Ладно. Если что, я тут не причём, ясно? — фыркнула Нинель. — Скажу, что ты меня заставил.

Ведьма, внешне всё ещё пребывая в состоянии крайнего недовольства, вытащила из кармана аквамариновый амулет и забрала из моих рук кинжал.

— А я тут зачем? — дала о себе знать сильно уставшая Вероника.

Она появилась почти сразу за ведьмой, но не вмешивалась в разговор, молча оценивая спор князя и магистра — ведьмы.

Александр, молча, достал второй кинжал и сделал глубокий надрез на предплечье Артура, кончиком лезвия отгибая плоть. Кинжал задымился и стал плавиться. Вероника ухмыльнулась. Металл не поможет избавиться от яда, а значит, ей придётся выжечь субстанцию. Во всём этом была только одна радость для меня — смотреть, как с Арта снимают кожу, не придётся.

— Выжги, — коротко сказал Александр.

Других слов и не требовалось. Архимаг огненной стихии лёгким дуновением послала с ладони искру, которая тут же охватила тело архивампира столпом пламени.

Кожа горела, лопалась и вздувалась. Не в силах терпеть жуткий запах, я отвернулась, но всё равно не смогла сдержать порывов желудка выйти наружу.

— О, как мило! Славная выйдет пара, — 'умилилась' старшая ведьма.

Едва архимаг огненной стихии закончила уничтожать яд, магистр Нинель чёткими уверенными движениями начала расчерчивать знаки на земле своим кристаллом.

— Лучше так, чем закончить дни старой девой, — в тон ей сказала Вероника.

Бросила в сторону ведьмы мрачный взгляд, после вернулась к архивампиру, которого только что покалечила. Тяжело вздохнула и рассекла себе ладонь, выжимая стекающую кровь на места ожогов.

— Переносите его сюда, — сквозь зубы сказала Нинель.

Её глаза сверкали гневом, но подготовка к ритуалу всё же продолжалась.

— И ты иди сюда, — позвала она меня.

Мне пришлось опуститься на колени, садясь прямо в центр импровизированного алтаря.

— Его кровь в тебе? — с ударением на первое слово, произнёс первый муж моей матери.

Я ничего не ответила. Только судорожно кивнула в очередной раз.

— Так и подумал. Это объясняет его внезапное исчезновение прямо посреди боя, — удовлетворённо отозвался Александр.

Магистр, курирующая факультет ведьмачества, улыбнулась мне ласково, и как-то приободряющее что ли, а потом уже в своей обычной стервозной манере сказала остальным:

— Радует, что хотя бы один некромантский ритуал, включающий в себя испитие крови мертвеца, можно не совершать.

А затем таким же властным тоном приказала мне повторять за ней. Текст был на латыни. Я послушно повторяла всё, что она скажет, внешне продолжая оставаться абсолютно спокойной. Но это внешне, а внутренне меня словно разделило два две половины. Первая, та, которая более праведная часть просто кричала о том, чтобы рассказать, что повторяющиеся через каждое предложение 'Vera sponsa idoneus' и я — вещи (по крайней мере, на данный момент) не совсем совместимые. Вторая часть малодушно и тихо, в тоже время особо настоятельно рекомендовала мне заткнуть не вовремя встревающую совесть, ведь для мёртвого архивампира пусть эта 'Vera sponsa idoneus' будет хоть трижды истинной, всё равно уже не пригодится. В конечном итоге, даже сама не поняла, когда закончила повторять слова и уже держала в руке кинжал.