— Архимаг Де Соррель сказала, что требуется моя помощь, — разительно отличавшимся от его внешности скрипящим голосом сказал магистр Ветсер.

Вновь прибывший скользнул глазами по спальне. Губы старика плотно поджались и он так и стоял до тех пор, пока они не побелели.

Я вежливо поздоровалась, невозмутимо поправляя края своей задранной куртки, и протянула ему руку. Магистр попросил Артура удалиться, а меня отвернуться, чтобы взяться за лечение моего синяка. Архивампир язвительно хмыкнул и ушёл в ванную, плотно закрыв за собой двери. Шум включённой воды отвлёк меня, и я так и не увидела, что именно сделал целитель, а успела лишь почувствовать лёгкое покалывание там, где всё ещё болело. Когда я повернулась посмотреть — рука уже была полностью здорова. Магистр зашёлся лёгким кашлем, и отвернулся от меня, пробормотав, что ему нужно возвращаться. Так и не повернувшись в мою сторону, даже чтобы сказать 'до свидания', он ушёл, забыв закрыть за собой дверь.

Автоматически пожав плечами и задумавшись о том, что он ведёт себя немного странно, я закрыла за ним дверь. Направление моих мыслей тут же сменилось в сторону другой двери — той, за которой был Артур. Расстояние до отделявшего ванную от спальни прохода, закрытым тонким слоем дерева, я преодолела быстро и уверенно. Но порыв решимости быстро исчез, едва я взялась за дверную ручку, чтобы повернуть её. Я знала, что дверь не заперта изнутри. И шум воды всё ещё был слышен.

О, Создатель! Что же я творю?!

Вознесла последнюю мольбу, чтобы он придал мне храбрости, и повернула позолоченную часть двери. Деревянное полотно промысла альтеррских плотников легко подалось назад, освобождая дальнейший путь, и думать о том, что я сейчас совершаю не самый верный поступок в моей жизни, смысла уже не было. Прикрыла глаза на мгновение, продумывая очерёдность моих дальнейших действий, а когда открыла, сделав шаг вперёд — наткнулась на мужское голое тело, прикрытое лишь одним полотенцем (не самым большим из тех, что у него были).

— Ева?

Сказать, что Арт был удивлён, ещё малосущественно.

— Я…

Да в Бездну все сомнения и раздумья!!!

Приподнялась на носочки, чтобы дотянуться до его лица и поцеловала его первой, вкладывая все эмоции, о которых не могла сказать ему вслух, но которые так страстно желала донести. Мужчину долго 'уговаривать' не пришлось. Приподняв меня за талию выше, он сделал шаг вперёд, а потом ещё один и ещё, пока, наконец, не положил меня на постель. С его платиновых волос всё ещё капала вода. Холодная вода. Просто ледяная. Первая капля, упавшая на моё лицо, поползла вниз, скатываясь на шею и опадая на простыни. Контраст огня, бушующего внутри, и внешнего озноба заставили меня податься вперёд, одновременно с этим притягивая его к себе ещё ближе, обхватывая мужчину обеими ногами.

— Ева, — чуть хриплая, знакомая мне интонация.

— Мне всё равно, что будет потом, — сказала в ответ.

Я уже совсем заблудилась в омуте его светло — зелёных глаз и чувственных касаний, поэтому мне действительно было всё равно, что происходит, или будет происходить в том мире, который сейчас не является частью моей личной вселенной.

— А мне нет, — ответил Артур и отстранился.

Мужчина перевернулся на спину и лёг по правую сторону от меня.

Ведьма была уязвлена. Ведьма была раздавлена. Ведьма хотела плакать навзрыд и стереть из своей памяти всё, что так терзало её в данный момент.

Решение внезапно пришло само собой.

— Только кровь определяет 'Vera sponsa idoneus', — произнесла вслух.

Я отчаянно пыталась скрыть горечь, скрывающуюся за этими словами, но голос всё же дрогнул.

— Что?!

Арт приподнялся на локтях, немигающим взглядом уставившись в сторону одной сильно любопытной и наивно самоуверенной маленькой ведьмочки.

— Только кровь определяет 'Vera sponsa idoneus', — повторила увереннее и громче.

Как говорится, сказала 'А' — говори дальше…

— Кто тебе это сказал? — его голос стал жёстким.

— Мне никто не сказал. Я просто знаю и всё.

Арт не ответил. Заметила, как каждая его мышца на теле напряглась и стала словно каменной. Он продолжал смотреть на меня в упор и при этом не собирался отвечать.

— Прочитала свод из библиотеки на нижних уровнях резиденции, — пояснила, рассчитывая, что если я докажу ему, что права, то он прекратит молчать.

— А что ещё ты там прочитала? — его голос стал мягче, и даже любопытство промелькнуло в зелёных глазах, а на губах заиграла небрежная усмешка.

Теперь молчала я. Говорить про то, что знаю о смерти их женщин при родах, мне не хотелось.

— И…? — протянул Арт, ожидая моих дальнейших пояснений.

— И я хочу, чтоб ты сказал мне, что определяет моя кровь, — выпалила на одном дыхании, удивляясь собственной смелости.

— И кто вбил эту умную мысль в твою голову? — уже откровенно улыбаясь (хорошо, что ещё не в своей обычной манере, а довольно доброжелательно) ответил Арт.

Он задумчиво отогнул вверх край ткани, закрывающей мой живот, и провёл по оголённому участку указательным пальцем, словно вырисовывая там определённый узор.