Повернувшись, я взглянула на Дазл. Я чувствовала себя опозоренной и грязной. Будто я не просто напала на него, а действительно убила. Хуже того, часть меня всё ещё рычала от желания прикончить его. И это не было похоже на Крупье, это было внутри меня. Что-то, от чего я не могла убежать.

Что-то, что становилось сильнее и труднее контролировалось.

— Ты в порядке, Кендлвик? — спросила я всё ещё лежащего там жеребца.

— О, всё прекрасно, — прохрипел он. — Просто… пытаюсь отдышаться. Так приятно снова дышать. Ладно, я усвоил урок… недотрога.

— Да уж. Недотрога, — согласилась Дазл.

Однако, Бастед Харт не смотрел на нас. Он вглядывался в тёмный лабиринт из протекающих труб, ржавых чанов и бочек, и спросил:

— Вы это слышали?

Я огляделась вокруг. Я не слышала, но определённо видела: красные метки. Видимо возня с огнемётом и свет внутри здания привлекли ненужное внимание.

— Дерьмо. Ищущие — я не могла посчитать точно, поскольку отметки постоянно двигались, но я определила, что их было «много». — Тут есть какая-нибудь задняя дверь? Они здесь только из-за меня. Если я побегу, они должны…

— Побежишь? — Блюбель взглянула на меня, будто я сказала ругательное слово. — Ты ж шутишь, верно? А то я уж заскучала.

Я взглянула на них четверых, затем на красные метки. На много-много красных меток.

— Вы уверены?

Кендлвик некоторое время что-то нажимал в своём огнемёте. Затем раздалось мягкое «пвуууу» и крошечный голубой огонёк вырос над соплом. Он вытащил отсыревшую сигару, вздохнул и выбросил её через плечо.

— Ну, раз мои сигары изжарились, мне нужно чем-нибудь подымить — затем он усмехнулся. — И кроме того, эти засранцы, бегают тут по нашей дорожке, будто она им принадлежит!

Лавандовая единорожка кивнула, соглашаясь.

— Покажем этим Предвестникам, что они должны проявлять к бандам должное уважение.

Бастед Харт просто пожал плечами.

— Живой, или мёртвый, для меня никакой разницы.

— Ну, для меня есть разница, — ответила я. — Не убивайте их, если они убегают. — за это я получила ещё один «Блекджек ляпнула глупость»-взгляд. — Именно это я и имею в виду. Если они убегают, отпустите их — прошу, прошу, убегайте.

С грохотом открылась дверь.

— Она должна быть где-то здесь. Найдите её! — выкрикнул жеребец.

Я кивнула в сторону мостков над нами и Дазл с Бастед Хартом немедленно направились к лестнице. Как и на всяком другом производстве здесь, конечно же, были мостки. С этими двумя на верху, у нас будет достойная поддержка. Таким образом со мной внизу остались Кендлвик и Блюбель. В здании были всевозможные входы, мы бы в любом случае не смогли загнать их в стеснённое пространство. Я даже не знала плана этого места.

Похоже, драться придётся в тесноте и драться грязно. Я обнажила меч, на секунду залюбовавшись его лезвием. Даже спустя столько времени, оно ни чуть не ослабло и не повредилось. Затем я достала Бдительность и зарядила его бронебойными патронами. Наверху я заметила Бастед Харта, занявшего позицию за какими-то ящиками.

И тут я увидела наших противников. Они не были бойцами, они были похожи на беженцев Флэнка, которым всучили оружие и выпихнули за дверь. Какой-то ублюдок выдал им новенькие девятимиллиметровые пистолеты и ни малейшего намёка на броню.

Я посмотрела на Кендлвика, скрывающегося между трубами.

— Не стрелять, — крикнула я через капающую воду и вышла наружу. Я не представляла, которые из красных отметок представляли реальную угрозу, а кто из них был никудышным и слабым пони. Вскочив на трубу, где они могли видеть меня я, размахивая мечом и пистолетом, обвела их взглядом.

— Я не хочу с вами драться, — спокойно сказала я.

— Мы… нам нужно убить тебя. Мы должны… иначе мы не сможем войти в город, — сказал единорог, затем оглянулся через плечо. — И… я не думаю, что они позволят нам уйти отсюда живыми, даже если ты нас отпустишь.

— Хреново быть тобой, — усмехнулся Кендлвик за моей спиной.

— Опустите оружие и найдите выход отсюда с другой стороны здания — я пыталась сделать всё, чтобы дать им возможность сдаться. Грязная коричневая кобыла-единорог встретилась со мной взглядом и опустила пистолет. Спустя пару секунд, остальные сделали то же самое. Мгновенно целая группа меток из красных сделались синими. И забавно, почему там целая группа красных меток отделена сплошной стеной? Когда последний из пушечного мяса пробежал за нами, я указала на стену и нырнула за ближайшие трубы.

Взрыв пробил в стене десятифутовую дыру и прежде чем осела пыль, внутрь ворвались полдесятка пони в боевой броне. В отличие от предыдущих, эти пони, похоже, знали, что они делают, рванувшись ко мне с намерением разнести мою голову.

Затем колонна пылающего огнемётного топлива добавила им новый повод для беспокойства. Я ещё никогда не слышала, чтобы пони так вопили, когда их строй рассыпался и некоторые из них пытались кататься в воде, покрывающей пол. Плёнка из химикатов, плавающая на поверхности этого жуткого бассейна, вспыхнула синим и зелёным пламенем. Теперь я стреляла не колеблясь, пуля была более милосердной, чем сгореть заживо. Похоже, Бастед Харт испытывал те же чувства. Одного из тех, кому удалось выбраться, Блюбель ударом задних ног сшибла обратно в пылающий огонь.