— Ты так любишь нарываться на выстрелы? — спросила она, указывая на дыры, образовавшиеся в моей броне. Я просто таращилась на неё, когда она ткнула копытом на дыру в окне. — Ты ж могла просто снова скакануть туда, или могла бы укрыться под этим столом. Но вместо этого ты торчишь тут и глотаешь пули!

Я подняла свои копыта.

— Гляди, я киберпони. Пока я жива и у меня есть немного самоцветов, металлолома и еды, я регенерирую — я осмотрела вмятины на ногах. — Честно говоря, это не так уж плохо. Меня постоянно ранят.

— Меня тоже, но я делаю всё возможное, чтобы избежать этого — она заглянула мне в глаза. — Так тебе это нравится, что-ли? Потому что до меня не доходит, зачем кому-нибудь проходить через это.

Так ведь? Я получаю выстрелы очень часто. И порезы… и удары… Я закусила губу, поскольку чувствовала другие тревожные ощущения кроме боли в моём теле. Быть раненным наверно плохо. Особенно с моими травмами. Вместо этого… я чувствовала себя странно.

— Я… я… эмм… я… — Я чувствовала, что покраснела, сидя и поднимая копыта, держа их в дюйме друг от друга. — Возможно, чуть-чуть? — Сказала я с глупой улыбкой.

Она застонала и покачала головой.

— Ты психованней, чем бочка желудей.

— Она понятия не имеет, не так ли? — Сказала Скотч Тейп мне на ухо, вспыхнув оливковым в краю моего зрения.

— Нет, не имеет. — Пробормотала я и подбежала к двери. И никто не имеет.

* * *

Первый этаж центра обработки был сильно замусорен, под копытами шуршал ворох бумаг. И снова множество тел пони, с признаками того, что они искали укрытие за мебелью. Пока мы обыскивали столы в поисках чего-нибудь полезного, мы наткнулись примерно на дюжину трупов. Некоторые из них были высохшие, другие — свежие. Многие были пожёваны или с вырезанными частями тела. В тусклом освещении разлившаяся кровь приобретала медный оттенок. Я видела красные метки, но не могла сказать, были ли они выше, ниже, или прятались скрывались прямо здесь, вне поля зрения.

Я была бы счастлива, если бы они просто прекратили появляться и исчезать.

По ощущениям мне казалось, что моя голова движется, будто мой мозг мутировал в пульсирующий мешок с жижей. Радтаракан отложил яйца у меня в черепе и теперь они начали извиваться. Я видела рябь в уголках глаз, смутно мерцающие зебры в стелс-плащах. Когда я смотрела прямо на них, они исчезали. Дважды я швыряла лёгкий мусор туда, где видела лёгкое дрожание, только чтобы обнаружить, что там пусто.

Пока мы двигались через офисы, моё поведение всё больше и больше беспокоило Блюбель. Я всё больше слышала, как разговаривают мои друзья, но мне всё труднее было понимать их. В их голосах мне слышались тревога и предупреждения. Крики страдания и призывы о помощи… Я знала, что это было только в моей голове, но… но что если нет? Что если это Лакуна сотворила на меня какую-то магию? Что если Предвестники напали на моих друзей? Я была так уверена, так самонадеянна и дерзка в своей уверенности, что они отправятся за мной!

Здесь не нашлось ничего стоящего и мы направились на второй этаж. Там обнаружилось ещё несколько больших офисов и конференц-зал. Мы прошли мимо двери с табличкой «Запасный выход». Забавно, где ж они были в Исследовательском Центре Гиппократа? Мне снова послышались голоса, но на сей раз Блюбель тоже навострила уши.

— Эй, ты это слышишь? — я правда не хотела говорить, что за вещи я теперь слышала.

Источник голосов обнаружился за дверью в следующий офис: всё ещё функционирующий терминал был взломан, но не выключен и проигрывал записанный аудиофайл. Из динамика доносился низкий, скорбно звучащий голос жеребца. Оглядев офис я заметила в углу изрезанное полотно, желчно-жёлтый пегас ухмылялся с холста.

— Концентрационный Лагерь Жёлтой Реки Министерству Мира. Лагеря B, C и D заполнены на сто сорок процентов. Лагерь А заполнен на сто шестьдесят процентов. У меня здесь полосатые на полу спят. Нам нужно больше провизии и медикаментов или мы окажемся на пороге крупной эпидемии. Я застал нескольких полосатых, которые начали пожирать друг друга. Единственное племя, ведущее себя подобным образом, это те жуткие Старкирри и все другие племена пытаются убить их. Мы должны снизить популяцию, прежде чем всё здесь взлетит на воздух.

Тут последовал щелчок и автоматически начала проигрываться следующая запись.

— Привет, Шифти. Министерство Мира выделило мне ещё триста штук целебных зелий и две тысячи фунтов пайков. Похоже намечается неплохая прибыль, а? Теперь, когда Голденблада нет, все эти внезапные проверки и импровизированные расследования остались в прошлом. Сейчас Мораль даже свою дырку в жопе не найдёт в случае поноса. Мне нужно больше полосатых в лагерях. Чёрт возьми, если нужно, мы разместим полосатых на крышах. О! И я, похоже, нашёл себе повод для отставки: одна из полосатых была отправлена сюда «случайно». Ходят слухи, что у неё внутри есть какой-то супер-талисман. Экспериментальный. Если ты сможешь вывести это, я выделю тебе дополнительные три процента.

Я взглянула на холст. На него вполне можно было добавить ещё несколько разрезов… а может и поджечь.

— Полковник Капкейк, я понятия не имею о чём вы говорите. Да, зебры были направлены в мой лагерь, а их семьи переведены в Зебратаун. Мне понятно ваше огорчение. Мы просто проведём некоторые исследования, а затем отпустим их к семьям. На сколько я знаю, вы в курсе, что у нас здесь, в Жёлтой Реке, возник крупный очаг какой-то болезни. Некоторые полосатые у меня начали пожирать друг друга. Я должен быть уверен, что инфекция не распространится дальше. Мне пришлось убрать из персонала всех не-пегасов, чтобы предотвратить это распространение. Мы будем держать её в морге до тех пор, пока не сможем безопасно выпустить — через секунду послышалось бормотание, — Я не могу выдать два дерьма, Полковник. Где оно, чёрт возьми?