— Ну… возможно… — пробормотал аликорн с кроткой улыбкой.

Вельвет взглянула на неё с развязной ухмылкой.

— Давай, бери это. Сомневаюсь, что у меня ещё когда-нибудь будет другой клиент твоего размера. Я просто испорчу костюм, если попытаюсь ушить его. Вперёд. Надеюсь, твоему Стронгхуфу он понравится. — Лакуна издала сдавленное «мяп» и покраснела ещё гуще, если это вообще возможно. Агась. Она светилась. Серая кобылка-гуль оглянулась на полки с одеждой. — Хммм… может что-нибудь красное? Сиреневое? Нет… а! Золотое!

— Ладно… теперь мне нужно найти мэра, — сказала я, поднимаясь. — Приятно повеселиться!

— Подожди… Блекджек! Не оставляй меня в таком виде! — забеспокоилась Лакуна, когда я направилась к выходу. — Блекджек!

— Не шевелись! Это займёт всего минуту! — приговаривала Вельвет, орудуя рулеткой.

По дороге к выходу, я благодарно улыбнулась Тулип, маленькая кобылка-гуль трудилась над комплектом серой боевой брони. До меня долетел голос Сноуфлейка:

— В следующий раз я стрясу с неё крышечек, Вельвет! Что я могу сотворить с её гривой!

Направляясь обратно в госпиталь, я была рада, что мои глаза могут усиливать слабый свет, идущий от лампочек аварийного освещения. Из теней за мной осторожно следили несколько гулей и скрылись из виду, когда я приблизилась к ним, чтобы узнать дорогу к кафетерию или к мэру.

— Да что с ними такое? — спросила я скорее себя, чем кого-нибудь.

Из тени отозвался ехидный скрипучий голос:

— О, просто потрясение от смерти и веков нетерпимости, насилия и ненависти от живущих. Такая вот малость. Из темноты выступил выглядевший обгоревшим земной пони в чёрном костюме распорядителя похорон. Его помутневшие глаза всё ещё сохраняли резкий красный цвет, когда он ухмыльнулся мне. — Конечно, тебе этого не понять.

— Мне досталось немало насилия и ненависти. Ты кто? — угрюмо спросила я.

— Ахвицотль, — ответил он, склонив голову — хозяин Мортуария. — на мой недоумённый взгляд он раздражённо зашипел. — Ну бар. Настоящий бар, который был ещё до того, как открылся этот проклятый клуб! — я медленно покачала головой, и он застонал. — Так значит Уиллоу даже не потрудилась сообщить уважаемым гостям о моём бизнесе? Следовало догадаться — мрачно проворчал он, вздохнув и поведя ухом туда, откуда доносилась весёленькая музыка.

— Слушай, все претензии к ней. Я просто турист, — хмуро ответила я. — У тебя проблемы с живыми?

Он презрительно хмыкнул.

— Живые. Мёртвые. Мне без разницы. Крышечки у всех одинаковые. Но сегодня атмосфера в Митлокере… ну… едва ли подходящая — он пренебрежительно махнул копытом. — Так что идите отсюда… куда-нибудь ещё со своей прелестной гривой. У меня нет времени возиться с вами, мис…

— Охранница, — ответила я прямо. — Ну, если бы ты указал мне направление к мэру…

Но имя произвело неожиданный эффект. Его красные глаза метнулись ко мне, и он облизнул угольного цвета губы обваренным кожистым языком.

— О… даже так? — он чуть приосанился. — Что ж… если ты ищешь нашего прославленного лидера, думаю, он сейчас драит туалет в отделении интенсивной терапии. Вниз в холл и налево.

— Я… эм… благодарю? — сказала я, отступая на несколько шагов. Он улыбнулся мне, от чего у меня зачесалась грива.

— О, нет-нет-нет. Это я благодарю тебя — с этими словами он повернулся и скрылся обратно в темноте.

И почему у меня такие дурные предчувствия на счёт этого гуля?

Я развернулась и спустилась в холл, куда он указал, размышляя, могла ли это быть какая-то ловушка. Как бы то ни было, дверь налево действительно привела меня к палатам реанимации. Как и приёмное отделение, реанимация была разделена на отдельные палатки. Я заметила четырёх спящих пони не-гулей, но ни кого из них не узнала. Из радио на столике медсестры доносилась праздничная музыка. Я подбежала к кобыле-гулю за прилавком.

— Чем я могу помочь тебе, дорогуша? — спросила она.

— Я ищу мэра. Что-то на счёт туалета? — спросила я с немного растерянным видом.

— Ах, да. Он прямо там — она провела меня в уборную реанимации. — Продолжаем выполнять эту работу для наших гостей. Если тебе нужно место, где можно остановиться, мы сдаём в аренду множество отличных коек.

— Спасибо, — сказала я, на сей раз улыбнувшись с гораздо большим облегчением, чем до этого Ачувикакеготам. Из туалета для кобылок доносился плеск и я осмелилась заглянуть внутрь. Жеребец-гуль пегас присел у унитаза и яростно работал вантузом, зажав его в зубах. От его крыльев по большей части остались одни кости, удерживаемые вместе коричневыми сухожилиями, но они двигались, будто всё ещё были живыми. Стоя в дверном проёме я наблюдала, как он работает с той же энергией, какую я видела у оливковой кобылки. Наконец, он поднял вантуз и смыл туалет. Тот заклокотал, вода слилась и жеребец удовлетворённо кивнул.

— Мэр? — позвала я, и он обернулся ко мне, с красной присоски вантуза капала вода. Жеребец выплюнул вантуз и вскочил на копыта, ухмыляясь. На нём был костюм обслуживающего персонала Стойл-Тек с цифрой 1 на боку. Стойло 1? Где это?

— Это я. Мэр Вайндклоп. Инженер, политический лидер… и, при случае, сантехник. Приятно с вами познакомиться, — сказал он, схватив и с энтузиазмом тряся моё копыто. — Митлокер рад привлечь к нашему замечательному сообществу так много гладкошёрстных посетителей, как только возможно.