– У тебя есть арсенал?
– спросил он.

– Да.

– Могу ли я получить к нему доступ?

– Полный доступ, - прошептала Мод и захлопала ресницами.

– Да, - ответила я, открывая туннель в земле рядом с ним.
– Входи...
– Если бы я сказала туннель, Мод бы не смогла сдержаться.
– В проход, что я только что создала. Под землю. Гостиница перенесет оружие туда.

– Я думал посетить Баха-чар, после того, как все разгружу, - сказал он.
– Мне нужно поговорить с Уилмосом.

– Конечно, я открою для тебя врата. Но не мог бы ты прихватить Орро за компанию? Он хочет купить каких-то пряностей, а я не хочу отпускать его одного.

– Не вопрос.

Он улыбнулся мне со зловещим выражением лица и спустился в туннель.

Я проследила, как гостиница проглотила грузовик целиком, перемещая его в гараж, и повернулась к сестре.

– Я тебя ненавижу.

– Ты видела, как он улыбнулся?
– спросила Мод.
– Как думаешь, он меня слышал? Я ведь ничего не проецировала.

– Да, он тебя слышал. Тебя слышали даже соседи с той стороны улицы. Ты разучилась говорить шепотом?

– Ты покраснела?
– спросила Мод.

– Вот!
– Я открыла лестницу на оружейный чердак и опустила ее в коридор.
– Раз уж ты встряла, можешь проверить импульсные пушки вместо меня. Сделай хоть что-то полезное.

– Да, мамочка.
– Мод притормозила в дверях и взглянула на военный зал. Ее голос стал тихим и задумчивым.

– Навевает воспоминания.

Да, так и есть. Когда я впервые вызвала военный зал из глубин Гертруды Хант, я изменила его, чтобы он повторял военный зал в гостинице наших родителей. Мама заставляла нас проделывать бесконечные тренировки в таком же зале, как этот.

– Мы вернем их, - сказала я.

– Да, - кивнула она.
– Вернем.

Мод взобралась по чердачной лестнице. Я фыркнула и отправилась умыться холодной водой. Я покраснела, и все мое лицо будто горело.

Двадцать минут спустя я наблюдала, как Шон и Орро вышли за дверь в яркое солнце Баха-чар. Шон надел поношенный плащ, скрыв лицо в глубине капюшона. Орро, напротив, высоко держал голову, но все его иглы слегка подрагивали, готовые подняться в любой момент. Я сильно сомневалась, что Дразири нападут на них там, но если они это сделают, то сильно пожалеют.

Я вернулась на кухню. В отсутствие Орро, Арланд принес серую сумку, которая теперь лежала перед ним на стуле, и разложил свою броню на обеденном столе. Он погасил люстру. Горели только две настольные лампы, их теплое сияние было маслянистым и успокаивающим. Набор, похожий на тот, что он подарил Мод, открытым покоился на столе, его содержимое было подсвечено персиковым сиянием. Маленькие сосуды с разноцветными жидкостями слабо поблескивали в отраженном свете. Из набора доносилась тихая мелодия, серебряные колокольчики и размеренное пение женских голосов было успокаивающим, но таинственным, словно они сплетали какую-то тайную магию.

Хелен тихо сидела в углу, словно завороженная.

– Разве тебе не пора в постель?
– спросила я.

– Нет.
– Она зевнула.
– Я не хочу спать.

– Позвольте ей остаться, - тихо произнес Арланд.
– Я помню, как сидел также, наблюдая за моей матерью. Ароматы и свет умиротворяют.

Я села на стул. Наблюдение в каком-то смысле успокаивало. Его движения были медитативными и неспешными, словно он проделывал этот ритуал уже сотни раз. Свет играл на его профиле и прядях длинных светлых волос, которые выбились из хвоста. Он был прав. Вероятно, Хелен наблюдала, как ее отец или моя сестра проверяли свою броню подобным образом.

Какое-то время он тихо работал. Хелен стала клевать носом. Она вздохнула и положила головку на руки на столе, закрыв глаза. Она еще не заснула. Я могла видеть, как подрагивают ее ресницы. Еще несколько минут, и я позволю гостинице отнести ее в постель.

– Как хорошо вы знаете Шона Эванса, миледи?
– тихо спросил Арланд.

– Так же хорошо, как и вас.
– На самом деле, я знала Шона получше. Он поделился со мной своими секретами. В отличие от Арланда.

– Я не верю, что он тот, за кого себя выдает, - сказал Арланд.

– Почему вы так думаете?

Арланд поднял руку с маленьким инструментом и нарисовал воображаемую линию. Она начиналась низко, взбиралась вверх и выравнивалась в дугу.

– Это стандартная траектория шаттла «планета-орбита».

Он переместил инструмент вниз и нарисовал вторую линию. В это раз она шла низко, набирала скорость, резко изгибалась и взвивалась вверх. Траектория была практически полностью противоположной.

– Это то, что проделал Шон Эванс.

– Я не понимаю.