– выращивала.

Пока длился рассказ

я успел съесть суп, хорошую порцию жаренного мяса с овощами, а на

десерт хороший бокал вина завершил импровизированный обед.

Глава 24.

"Международные отношения"

Виларва Тин Ро

младшая дочь Великого Дома Саввары редко интересовалась чем-то что

лежало за пределами Дома. Да и не было там ничего интересного и

стоящего внимания, поэтому она искренне недоумевала, когда её родители,

стали часто отлучаться из Дома. Сначала она думала, что дело в братьях

и сёстрах, что покинули Дом ранее, когда она была ещё совсем маленькой.

Через какое-то время стало ясно, что они здесь не причём. Выяснить в

чём причина не удалось - в какой-то момент Виларва поняла,

что не дождётся возвращения отца. Мать пропала ещё раньше. Ну, как

пропала - умерла. Хотя, как такое возможно в тот момент юная

эльфийка тоже не понимала. Просто в какой-то момент родовое древо мамы

погибло, засохло в считанные мгновения, частично превратившись в труху

и рухнув под собственным весом.

Нельзя сказать, что

потеря матери сильно ударила по Виларве, скорее вызвала удивление и

непонимание. Потом шок прошёл, осталась только лёгкая печаль и грусть

как от хорошего воспоминания.

О внешнем мире было

известно немало, но в то же время почти ничего. Первое же столкновение

с реальностью показало, что её знания несколько... устарели.

Некоторые страны исчезли, какие-то правители давным-давно умерли, а о

некоторых вообще никогда не слышали. Приходилось долго и тщательно

искать следы самой.

Виларву выручало то,

что она была эльфийкой, как это ни странно. Вернее, эльфийский быт,

если так можно сказать. Личная фея, тран, который был не только

средством передвижения, но ещё и отличной охраной, а возможность

вырастить почти всё, что нужно снижала необходимость обращаться к кому

бы то ни было за помощью - еда и одежда никогда не были

проблемой для эльфийки.

Виларва вообще не

рвалась общаться или узнавать о местных обычаях и законах. Попытки

были, но заканчивались они ничем, так как никто не мог ничего внятно

сказать, но при этом что-то постоянно хотел он неё самой. Все зацепки

эльфийка находила сама и большинство из них было просто небольшими

укрытыми магией облагороженными полянами, которые явно использовались

эльфами для отдыха. Большинство из них были покинуты и заброшены, в

некоторых удавалось найти зацепки в виде описаний мест или только

направлений, чаще всего это были феи, которые следили за поддержанием

убежишь, подпитывая и подновляя магическую растительность.

Всё поменялось,

когда следы упёрлись в первый крупный город. Это было странное место. С

одной стороны, оно отличалось от всего того, что видела эльфийка до

этого, с другой - это было всё так же грязное и малоприятное

место, полное не менее приятных жителей. Эльфийка была рада в тот

момент, что вся тяжесть разговора легла на её фею, хотя скрыть

презрение и отвращение всё равно не удалось. Единственной зацепкой

оказался сын, отец которого был знаком с "одним

эльфом", её отцом. Не будь даже фамильного портрета с

"этим самым эльфом", то она узнала бы его по

описанию. Любил её отец маскировать серой пожухлой листвой всю красоту

и притягательность собственного доспеха. Этакая серая плохо

запоминающаяся личность, тем более, что для других "все эльфы

на одно ухо".

Первый торг. За то,

чтобы узнать продолжение пути её отца пришлось заплатить, благо

смертный просил жалкие копейки, наивно полагая, что обдирает эльфийку

как липку. Виларва так и не определилась с тем, как ей следовало тогда