наивной вере, что Творец защитит. Или служитель творца. Учитель

объяснил, что лишь немногие жрецы способны что-то противопоставить

магу. К сожалению, не многие маги способны противопоставить этим жрецам

как в защите, так и в нападении. Однако, даже несмотря на это,

диктовать свою волю жрецам стало не на много легче. Потеря верующих

– сильный удар по жречеству, настолько сильный, что они

готовы смириться с существование сторонней силы в виде магов. И даже

поддержать.

Поздно вечером

вернулся ученик Старца. Застав жреца за молитвой, а учителя уже спящем

около печи, Тартон с удовольствием предался набиванию пустого желудка.

Сам жрец едва ли прикоснулся к еде.

– Диким

магом тут подозревается пришлый, - ответил на беззвучный вопрос маг,

когда закончил насыщаться и спровадил докучливых хозяев в соседнюю

комнату.
– Пришёл из леса, весь в рванье, словно разбойник.

При себе имел копьё и странный короб. Местного языка не знал. Его чуть

было не поколотили, но вмешался староста, приютив чужака у себя. Ничего

особенного. Местных языков не знает, обычаев тоже. Хороший охотник,

отличается крепким здоровьем и выносливостью. На воровстве не пойман,

на блуде тоже, в драки не лезет, даже избегает. Любопытен, словно

ребёнок, хотя это не удивительно, учитывая то, что о нём рассказывают.

Сантан, так зовут чужака, потерял память и потерялся. Говорят, что

откуда-то с Ирийских земель, но я не думаю, что местные хотя бы одного

ирийца видели. Не походит он по описанию под него. Завтра попробую

пообщаться лично, только сомневаюсь, что у него есть дар магии.

Достаточно или ещё чего рассказать? Мне тут много чего успели между

делом рассказать.

Предвкушающе-мстительный тон мага не смутил жреца и тот с невозмутимой

миной смиренно ответил: "Если считаешь нужным".

Злорадство маг и не стремился скрывать, начал выкладывать гору слухов,

сплетен, жалоб и просто домыслов, что ему довелось выслушать от местных

жителей. Причём не всех, а в лучшем случае пятой части всего населения

деревни.

Жрец невозмутимо

выслушал долгий монолог мага, кивнул, поблагодарив и вернулся к

молитве. Тартон почувствовал себя обманутым самым подлым образом. Жрец

мог слушать его, а мог только делать вид, что слушает, пока маг

распинался перед ним, пересказывая глупые рассказы крестьян. Сил на

спор уже не было. Пробурчав что-то неразборчиво про священников, ученик

отправился спать на приготовленное для него место. Ложился ли спать

жрец, Тартон так и не узнал.

Глава 6.

"Волк в овечьей шкуре".

Наблюдением за

местными магами подтвердило мои собственные наблюдения. Ограниченный

радиус сканирования, невозможность искать то, что никогда не видел,

вернее, не просканировал ранее. Пятнадцать метров - уверенная

слепая зона для этих магов, а вот я ещё могу самым краем ощущать их

присутствие, а они моё - нет. Местных в лицо не знают, что

позволило мне кружить в отдалении, наблюдая.

Всё-таки вступать в

контакт, не изучив вероятного противника - безрассудство. Вот

только максимум, что я могу - это наблюдать. Магией местные

маги светить не стремились. Можно было бы решить, что едва ли они

способны на что-то большее чем я, но во время "тактических

манёвров", я почувствовал что-то странное. С первого раза,

даже не понял, что именно. На фоне природы, это нечто выглядело искрой

во тьме. Если бы не это, то отыскать в придорожной траве небольшую

чёрную горошину было бы нереально.

Небольшая, меньше

ногтя, горошина, покрытая чем-то похожим на лак. Внутри ощущалась