Чудной ты, Сантан, но весёлый. Жаль, что не все это видят и ценят, -

отсмеявшись, она неожиданно погрустнела.

–

Я...
– видно было, что она колеблется, хочет рассказать

что-то, но сдерживается.

– Да

ладно, если нельзя, то можешь не рассказывать. Ты же знаешь, я не

обижусь, - хотя самому мне было всё же любопытно.

– Никто и

не запрещал!
– я мысленно улыбнулся. Миди крайне агрессивно реагирует

на слово "запрет".
– Просто я как-то

слышала, как отец разговаривал с Восгой, не колдун ли ты или мертвец

какой. Только и всего.

– Ничего

себе. Это откуда у него такие вопросы взялись?
– поразился я.

– И каким местом я мертвец?

– Откуда

мне знать? Я тогда не смогла услышать больше, - хмыкнула она.

– А ты правда колдун или мертвец?

– Что за

колдун такой? Впервые слышу такое слово, - смысловая нагрузка до меня

дошла, правда, только та, что сама девушка вкладывает в это слово.

Лучше бы не спрашивал - запутался ещё больше. Если опустить

долгие и несколько путанные объяснение, то это человек, который

заключил сделку с тёмными силами (там были и конкретные личности, но я

пока проигнорировал персонализацию), в результате которой он наделялся

сверхъестественными силами. В качестве платы убивал людей, насылал

болезни, губил урожай и всячески портил людям жизнь.

– Понятно.

Как всё путанно, но нет, я не могу быть этим колдуном или ещё каким-то

мертвецом. И это, думаю, очевидно. Живу у вас не мало, но что-то могил

не прибавилось, а для мертвеца я слишком живой. К слову, не хочешь

супчика, такого ты точно не пробовала.

– Нет, в

другой раз. Не хватало ещё чтобы отец заметил в такой день, -

поморщилась девушка при упоминании Нартана.

– Ладно,

тогда не буду дальше мешать.

Что ж, посмотрим,

что из себя представляют местные маги. Или их следует звать попами?

* * *

Тартон с тщательно

скрываемым удовольствием наблюдал за работой младшего жреца Творца. О

нет, ему не доставляла удовольствие сама работа, его забавляли миряне.

Маг не был уверен, получает ли подобное удовольствие его учитель, но

очень надеялся, что да. Крестьяне, что столпились вокруг

священнослужителя походили на свиней или собак, что сбежались в

ожидании подачки. Это стадо, не люди, а животные, что только походят на

людей. Только помани косточкой и выполнят всё, что угодно в ожидании

награды. И маг наслаждался тем, что он - не часть этой толпы.

Тартон был бы рад

вообще не контактировать с крестьянами, но приходилось. Жизнь

– она такая, любит заставлять делать всякие вещи.

Сто лет назад

разгорелся страшный конфликт между магами и жрецами Творца. Магов

задавили. Но не прошло и пятнадцати лет, как страна оказалась на грани

гражданской войны. С исчезновением магов, оказалось, что жрецы

неспособны удовлетворить поток мелких просьб. Неурожаи, голод и

эпидемии охватили земли. Население сократилось, но выжило.

Приспособилось. Вот только начали появляться дикие маги. Необученные,

бесконтрольные, опасные. Среди всех слоёв населения.

Пришлось ловить,

обучать и ставить на пользу обществу. Получалось со скрипом. Дикие маги

– они такие, никогда не знаешь на кого наткнёшься. Легче

всего было с теми, кто владеет магией жизни. Лекари нужны всегда и

везде. С остальными всё было не так гладко. Если с момента пробуждения

магии прошло немного времени - хорошо: человек ещё сам не

знает, чем владеет и боится своей силы. Однако, если время упущено, то

всё становится сложнее. Магия - это сила, личная сила,