– Никого, - выдохнул одними губами Ивар.

– Я же говорил, что за мной кто-то наблюдает в последнее время, - так же тихо сказал Вилфред.
– И что это может быть?

– Не знаю, - Гуннар подошел к столу, осмотрел печать со всех сторон, потом поднял её и показал принцу.
– Но, кто бы это ни был, он явно на нашей стороне. Это печать короля. Я сейчас сниму копию.

– У тебя все с собой?
– спросил Вилфред, всё ещё с подозрением поглядывая в ту сторону, где я стояла. Поразительно, насколько точно он определяет моё местоположение.

– Да, нужно поторопиться. Печать может понадобиться королю в любое время.

Гуннар поднял неприметную сумку с пола, достал чашки, небольшие бочонки с каким-то составом, кучу всяких приспособлений, очень похожих на набор юного хирурга. Я немного понаблюдала, как он снимает с печати копию, но быстро потеряла интерес.

– Не знаю, что это такое, - буркнул Вилфред.
– Но это до сих пор тут. Я прямо лопатками чувствую, как оно смотрит на меня.

– Интересно, кто это?
– спросил более живой и беззаботный из всех троих Ивар.
– Я не слышал, чтобы кто-то мог становиться невидимым, а значит, это точно не человек. Может, демон?

– Это хорошо, что оно еще тут, я почти закончил, - Гуннар повозился ещё с минуту и потом поставил оригинальную печать обратно на середину стола.
– Вот, всё готово.

Я подошла обратно к столу и осторожно забрала печать. Парни с минуту таращились на то место, где будто растворилась в воздухе печать, а потом шепотом принялись бурно обсуждать произошедшее. Я же, хихикнув, быстро вернула оригинал на место.

После этого я всеми силами помогала этой троице. Охтарону пришлось всё-таки рассказать, чем я занимаюсь. Он вначале побурчал на меня, потом и сам втянулся. Я стала приносить ему военные стратегии ребят. Он их осматривал, что-то поправлял, что-то браковал, что-то одобрял. Как оказалось, Охтарон на самом деле хорошо разбирался во всем этом. Ребята каждый раз весьма бурно реагировали на любое проявление моего присутствия. Меня это забавляло, но слишком далеко я не заходила. Мне совершенно не нужно было, чтобы они поняли кто я. Зачем? Меня и так всё устраивает.

Наверное, ребята были всё-таки не так осторожны, как им казалось, и кому-то такая затяжная война была на руку. Принца пытались отравить. Хорошо, я до этого, шатаясь по дворцу, услышала обрывок разговора, который меня насторожил. На следующую ночь я взяла с собой несколько склянок с зельем высшего исцеления. И это спасло принца.

– Мы кому-то мешаем, - выдал Гуннар, когда принц немного отошёл и уже не выглядел таким бледным и умирающим.
– Но кому? Хорошо, наш невидимый союзник был рядом. Вы ведь заметали, что он появляется только в определенные часы? Интересно, с чем это связано?
– спросил он у остальных, рассматривая флакон из-под зелья.
– Насколько я могу судить, этот яд довольно сильный и не всякое зелье или же заклинание сможет нейтрализовать его. К своему стыду, лечебные заклинания меня никогда не интересовали.

– Как и меня, - отозвался Ивар, и принц тоже качнул головой.
– А вдруг, оно не из нашего мира и проход сюда открывается только в определённые часы?

– Всё может быть. Я не стал бы отрицать возможность этого. Теперь у нас две проблемы. Узнать, кто именно пытался вас отравить? Вторая, как нам обезопасить себя от повторного покушения?

– Нам бы знать, откуда начать копать, - невесело буркнул.
– А по поводу второго... Помните, Кеннета, сына графа Ларса. Он в академии был отличным лекарем. Может его попытаться склонить в нашу сторону?

Кеннет? Нет, я не думаю, что это хорошая идея. Повертев головой, толкнула один из подсвечников. Он был металлическим и тяжелым, но в последнее время я так много тренировалась, что для меня не стало проблемой столкнуть его с подставки. Правда, перед этим пришлось потешить свечи.

Подсвечник упал, загремев. Парни вздрогнули и обернулись.

– Как думаете, это значит, нет?

– Думаю, наш друг против этой идеи, раз выказывает такое явное недовольство.

Вилфред вздохнул, потерев виски. Наверное, у него сейчас болела голова. Подумав немного, бросила на кровать, в которой он лежал три зелья высшего исцеления. Пусть благодарят, сварить их не так просто и быстро.

Гуннар посмотрел на флакон в своей руке, потом глянул на точно такие же на кровати. Кивнув, поставил пустой флакон на стол. Я его тут же забрала. А что? Вы не представляете, сколько нам с нашим стеклодувом труда составило научиться делать именно такие флаконы, аккуратные и одного размера. Тут нужно сказать, что стекло тут делали, но такое, что страшно было взглянуть. Поэтому нечего разбрасываться ценными товарами.

– Это ответ на то, что мы будем делать с покушениями. Если они такие же сильные, то главное не уметь сразу, - Гуннар повертел флаконы и протянул их Вилфреду.
– Не думаю, что будут покушаться на нас, так что держите их при себе.

– Здесь три, значит, на всех троих. Не спорь.

– Как скажите, ваше высочество. А что по поводу того, кто стоит за покушением?

– Надо найти того, то принёс вам сюда поесть.

Ох, если они сейчас начнут разматывать цепочку с самого низа, то это займёт уйму времени. Подойдя к Гуннару, осторожно прикоснулась к его рукаву. Парень вздрогнул, едва удержавшись, чтобы не отшатнуться.

– Что такое?

– Оно... меня коснулось, - немного нервно ответил он. Думаю, им всё-таки не по себе от того, что рядом находится что-то неизвестное. Полагаю, я бы реагировала примерно так же. Осторожно, чтобы не спугнуть, взяла его за руку, крепко сжимая пальцы.
– Рука, - выдохнул Гуннар, - маленькая. Я чувствую пальцы, тонкие такие, будто детские. Теплые.