— Уже ночь, все немедленно должны направиться в свои комнаты.

Бабуля с Шетой в этот раз не стали спорить, покидая комнату, и я вышла следом за ними. Последним комнату покинул ректор, закрывая за собой дверь, и выразительно посмотрел на нашу троицу.

— Надеюсь, в этот раз вы дойдете до своих комнат, — сухо заявил он, и быстро обогнув нас, ушел в сторону лестницы.

— Кажется, сильно разозлился, — Шепнул Шета, когда его спина скрылась в проходе, и мы двинулись следом.

— Причем на меня, — тихо заметила я, коснувшись кольца.

— Аден не умеет злиться, — отмахнулась бабуля, — вот увидишь, утром уже и забудет.

Хотелось надеяться. Похоже, его всерьез обидело то, что я покрывала бабулю и Шету. И кто знает, кто еще.

— Погодите, — я остановилась, — а Исар где? И Айлин?

— В ванной, — громким шепотом посвятил меня Шета, сверкая как начищенный чайник.

— Не могла я их телепортировать, — пояснила бабуля, — Аден бы почуял, мы Исара усыпили и вместе с Айлин они спрятались в ванной. Сейчас они с Айком его разбудят и отправят к себе в комнату.

— Так все получилось?

— Еще бы, — довольно заверила меня бабуля, — и даже более того, я немного поколдовала и он даже не вспомнит, как мы его лечили.

— Спасибо! — радостно выдохнула я и кинулась к бабуле, обнимая ее.

— А меня, — заворчал Шета где-то под боком.

Я и его обняла, в конце концов, это он поделился с бабулей моим секретом и помог его исправить. Но то, что ректор разозлился на меня, все равно не шло из головы.

— Надо было все дела завершить сегодня, — заметила бабуля, — завтра уже пятница и нам нужно будет ехать домой.

И осознание того что неделя уже пролетела испугало меня.

— Чего ты там испугалась, побледнела сразу, — бабуля подтолкнула меня тростью к лестнице, — остынет Аден, не переживай, вот если бы он поймал тебя с приворотом другого парня, тогда да, мог бы разозлиться не на шутку. Но эту оплошность мы уже исправили. Так что иди, спи и набирайся сил, тебе еще со свекровью будущей общаться.

Я лишь кивнула и пошла к себе. Айлин вернулась в комнату спустя десять минут, довольно подтвердив, что Исар ничего не помнит и при упоминании меня скривился так, что не оставалось никаких сомнений, весь приворот из него удачно вывели.

— Как вы объяснили ему, что он в комнате Айка?

— Сказали, что он перебрал и пришел за опохмеляющим зельем. И он поверил! Кто бы знал, что этим вечером будет так весело!

А вот я не могла согласиться и, укутавшись в одеяло, стоило мне закрыть глаза, как тут же мысленно вернулась к колонне.

Мы почти не сталкивались с ректором весь последующий день, и сложно было понять, перестал ли он злиться. В итоге ближе к вечеру он прислал записку, что наше занятие придется отложить. Очевидно, что я его обманула и пыталась отвлечь от самого главного, только вот к моменту как мы оказались у колонны вместе, я уже действительно и думать забыла об Исаре и кампании спрятавшейся в комнате Айка. Но даже строя это предположение я не могла быть с точностью уверенна что права, единственное, что я бесспорно почувствовала — он был во мне разочарован.

Но был и повод порадоваться, за завтраком Исар настолько сильно нарочито небрежно задел меня плечом, что я даже наплевала на боль, которой отозвалась рука, радуясь как ребенок его едкой фразе о полукровке и такому привычному самодовольному выражению лица. Что-то бы там не сделала бабуля, это сработало идеально, и я не сомневалась, что тут не обошлось без магии духа. Похоже, не только у Дакара были особенные способности. Интересно были ли они у его матери? Если да, у меня был повод бояться ее еще сильнее. Пожалуй, я больше ни разу не посмотрю в ее глаза, чтобы не дай бог она мне ничего не внушила. Сама поездка к родственникам нагоняла страху, а если мужчина будет продолжать на меня злиться — это точно не закончится ничем хорошим. Именно по этой причине переждав утренние занятия, я решила рискнуть и зайти в его кабинет после обеда. Постучав для приличия, я толкнула дверь и, войдя внутрь, увидела его за своим столом, безусловно занимающегося скучными учебными делами.

— Вы что-то хотели? — поинтересовался он, не поднимая лица.

Смелости в разы поубавилось, когда я увидела его перед собой и тут же вспомнила все, что произошло вчера.

— Насчет выходных, — неловко начала я.

— Отправимся завтра днем, чем меньше времени мы проведем у меня дома, тем лучше, — проговорил он по прежнему не поднимая лица и занимаясь своими делами. Определенно злился.

— Извините, — наконец произнесла я, действительно чувствуя себя виноватой.

— За что в этот раз?

— За вчерашнее, — теплоты в его голосе не прибавилось и это заставляло чувствовать себя еще неуютней. Я настолько привыкла к нагоняям после которых все становилось как прежде, что в этот раз молчаливое неодобрение было куда мучительней.

Он наконец отложил свои дела, сложив руки перед собой и подняв голову, чтобы посмотреть на меня.

— Я всячески помогаю вам исправить заваренную кашу с духом огня. Мне казалось этого достаточно, чтобы доверять мне.

— Я и доверяю, — поспешно заверила я.