Мужчина в соломенной шляпе совершенно не двигался. Танкуил не сомневался, что даже статуя была бы эмоциональней.

– Он никого не предупредит, – заверил Шипа Сузку. – И со всем уважением я вынужден покинуть твою команду.

– Чё?

– Этот бой мой и только мой. Этого требует та честь, что у меня ещё осталась.

Шипа это явно совершенно не обрадовало. Его желваки заходили, будто змеи в мешке. Он схватил Сузку за плечо и повернул его, глядя ему в глаза своим единственным глазом.

– Те надо драться тут в одиночку – валяй, но не думай, что потом просто слиняешь. Ты всё ещё часть команды. Как закончишь, догоняй. Хорошо?

Сузку кивнул.

Шип долго смотрел на человека в соломенной шляпе, потом отпустил плечо Сузку и отошёл. Остальные пошли за ним, и Танкуил вместе со всеми. Лишь Генри осталась позади с Сузку, тихо сказала ему что-то, чего Танкуил не расслышал, а потом поспешила вперёд догонять остальных.

Танкуил оказался возле Джейкоба. Он посмотрел на тамплиера:

– Как думаешь, что это было?

Джейкоб усмехнулся и пожал плечами. На его лице играла дикая ухмылка, которая пугала Танкуила куда сильнее, чем старик с мечом в странной шляпе.

Она нырнули в следующий переулок, и Шип махнул остановиться.

– Похоже, тут нам повезло, – сказал Танкуил, вздохнув от облегчения.

– С чего это? – спросила Генри сзади. Её голос стал тёмным и опасным, как в прежние времена.

– Улица была пустынна, за исключением одного человека. Я сказал бы, что могло быть и хуже.

Маленькая женщина протолкнулась мимо него к Шипу.

– Вряд ли этот город слишком большой, – тихо сказал Шип. – Пожалуй, пройдём по этой улице, и на следующей выберем дом для базы.

– По главной улице пробовать не охота, – ответила Генри. – Эт должно быть где-то близко к центру. Думаю, там мы и найдём Кессика.

– Там же будет и куча другого народу. Лучше пойдём окраинами в сторону центра. По крайней мере, пока не поймём, куда нам надо.

Генри кивнула. Шип тоже кивнул. Андерс кивнул Танкуилу. Танкуил пожал плечами. Джейкоб стоял, не прячась, молча и бдительно.

– Пошли, – проворчал Шип и побежал по пустой улице. Остальные последовали за ним с той же скоростью и нырнули в следующий переулок. Людей они по-прежнему не встречали.

– Эта безлюдность мне всё больше не нравится, – сказала Генри.

– Возможно, в этом нам повезло, – ответил Танкуил.

Андерс фыркнул.

– Удача похожа дешёвую шлюху. Платишь ей, а потом на члене выскакивает мерзкая сыпь.

Танкуил посмотрел на него, а потом на свой пах.

– Не волнуйся, дорогой мой. Уверяю тебя, через несколько месяцев она пройдёт.

– Сюда, – сказал Шип, указывая на здание справа.

Генри согласно проворчала, высунулась из переулка, огляделась и выскользнула из укрытия, бросившись по грязному крыльцу к двери нужного здания. Дёрнула ручку, а потом исчезла из вида, скрывшись внутри. Спустя несколько напряжённых секунд наружу высунулась её рука и замахала им заходить внутрь.

Они по очереди забежали в дом, который подходил на роль опорного пункта, и всё прошло без происшествий. Танкуил не знал, что ему нравилось меньше – отсутствие людей вокруг, или что у всех до единого зданий горели лампы. Это казалось ему очень странным, но остальные не придавали этому значения, так что он решил промолчать.

Когда все очутились внутри, закрыли дверь и затворили окна, выдалась минутка расслабиться, что оказалось кстати, поскольку нервы Танкуила уже были на пределе. Он похлопал по мечу на боку, но быстро прекратил, заметив, что Андерс и Джейкоб за ним наблюдают. Генри подошла к окну и выглянула через ставни наружу, высматривая на улице любое движение.

– Надо сказать, эт довольно странно, – сказал Шип. – Вряд ли я видел другой такой безлюдный город.

Джейкоб покачал головой, указал на ухо, а потом в направлении центра.

– Ты слышишь, как там впереди что-то происходит? – спросил Танкуил.

Тамплиер кивнул.

– Я ничё не слышу.

Танкуил посмотрел на татуировки на голове Джейкоба, вокруг его ушей.

– Его слух… лучше чем у многих.

– Ну, полезно это знать, конечно. Вот бы ещё, блядь, он мог сказать это, не махая руками.

Танкуил услышал шёпот. Что-то близко и в то же время далеко. Что-то пронзительное, глубокое и… он почти мог разобрать слова, если бы они были чуть отчётливее.