– Идём, - Алия встала.

Высокородные развернулись и направились к выходу, а я так и остался сидеть на диване с растерянным взглядом, совершенно не понимая, что сейчас произошло. Хотя, до меня стали доходить некоторые мысли. В частности то, что мои новые и старые знакомые - высокородные. Замечательно! А ведь Аст просил меня держаться от них подальше. И что значат слова про игры и покровительство?

– Дар! Пошли.

Я поднял взгляд и увидел как третий высокородный, имени которого я не знал, стоял в десятке метров от меня и ждал. Арис с Алией к этому моменту прошли половину зала. Пришлось встать и идти. Незнакомый высокородный был чуть выше меня. Волосы русые отросшие, но недлинные, густые. Чёлка спадала на лоб, густые брови, голубые глаза. Нос чуть расплюснут. Тонкие губы, а на острие подбородка росла борода. Арис был одет в бело-золотой пиджак, красную рубашку, белые брюки.

– И когда ты умудрился познакомиться с этой фурией?
– поинтересовался парень, указывая на Алию.

– Она, можно сказать, спасла мне жизнь, хотя я подробностей не помню, - ответил я.

– Ничего себе!
– удивился парень.
– И всё это время она молчала! Вот я ей устрою допрос с пристрастием.

Я скептически глянул на парня. Кем бы он ни был, до Ариса и Алии ему далеко.

– Ты уверен, что потянешь?

– К сожалению, нет, - печально вздохнул тот.

Я рассмеялся. Парень определённо мне нравился. Хоть он и высокородный, третий встреченный мной, но общаться с ним даже проще, чем с моим сводным братцем, или кем он там мне приходиться.

– Кстати, не обессудь, но я не знаю твоего имени, - сказал я.

– Алеон.

– Дар. Хотя ты моё имя уже знаешь.

– Ты где учишься, Дар?

– Кафедра Гиперпространственной навигации, - привычный ответ.

– Сочувствую, - похлопал меня по плечу тот.
– В общем, если будут разрывать на кусочки, беги ко мне.

– В плане?!
– я ошарашенно посмотрел на парня.

– Арис и Алия редко когда спорят из-за чего либо. Они хорошо друг друга знают с детства. Можно сказать, если между представителями Домов может быть дружба, то они прекрасно дружат. Несколько минут назад, я не знаю почему, но Арис и Алия вступились в битву за тебя. Арис пока что уступил, но вряд ли бросил битву окончательно. Ты учишься на кафедре, на которой заведующий граф Дерриэйдн, а это ещё тот псих. И он очень ревностно относиться к своим ученикам. Так, что, можно сказать, за тебя ведут борьбу три Дома. А я, как четвёртый, предлагаю тебе убежище.

Океан, во что я ввязался!

"Не ты ввязался, а тебя ввязали", - голос, словно издалека, значит, разбираться должен сам.

– Думаю, пока перемирие, я никуда дёргаться не буду, иначе хуже станет, - осторожно сказал я.
– Кстати, ты не пояснишь, что за игры и что за покровительство?

– Без проблем, - пожал плечами тот.
– Каждый студент этой академии закреплён за определённым высокородным. Эта встреча и была организована для этих целей. Высокородный может быть, как граф Дерриэйдн, заведующим кафедрой и ты его за весь срок обучения можешь и не увидеть. Могут быть такие, как Арис. Он старше нас на два года, но поступил на курс с нами, потому что учился в военной академии. Пока он учился, кто-то был закреплён за ним, но опять же его не видели. Или же можно быть закреплённым за такими, как я и Алия, непосредственными учениками академии. Это нужно для того, что бы каждый ученик не высокородный мог в случае конфликта с высокородными обратиться за соответствующей поддержкой. Ведь с высокородными спорить себе в ущерб. Хотя, если ты не правильно выберешь высокородного, то могут быть и проблемы, особенно, если идёт война между Домами. В таком случае лучше спрячься и не высовывайся, или уходи к другому высокородному. Иначе ты рискуешь стать жертвой разборок.

– Ясно, - кивнул я, хотя вся эта информация должна быть осмыслена как следует.

– А что касается игр, то тут всё очень просто. Алия любит влюблять в себя таких вот ничего не подозревающих низших, как ты, а потом разбивать им сердца, причём особо жестоким образом. Эта забава всех высокородных девушек, но Алия среди них формальный и неформальный лидер. Так что не надейся, ты не станешь исключением. Пока ты делаешь вид, что не любишь её, она с тобой ласкова. Как только ты это покажешь, можешь прощаться со своим сердцем.

И ведь не скажешь, что Алия на такое способна. А ведь способна, и ещё как!

– Знаешь, мне кажется, что ты мне не просто так это говоришь, - осторожно заметил я.

– Не просто так, - согласился тот.
– Алия моя возлюбленная. Поэтому в моих интересах, что бы объекты её интереса жили как можно дольше.

– А она отвечает тебе взаимностью?
– я неудачник.

– Полной.

Дважды неудачник. Почему именно она спасла меня и стала моим идеалом? И почему у неё уже есть тот, кого она любит?

– В таком случае, я постараюсь как можно меньше вам мешать.

А мне так хотелось ударить Алеона по спокойному, безмятежному лицу, забрать отсюда Алию и улететь куда подальше. Мучительно хотелось. Но даже если я это сделаю, что я могу ей предложить? Кто я, а кто она? Высокородные - это правители целых систем. У них есть всё, что они хотят. А у меня кроме раздвоения личности, собственного сайта и нескольких миллионов единиц на счету нет ничего.

– Ты и не сможешь, - сказал Алеон.
– Ты смотрел первый сезон Войны миров?

– Чего?
– тряхнул я головой, перестраиваясь на новую тему.

– Войны миров.

– Что это?

Алеон остановился и посмотрел на меня как на идиота. Я ответил ему почти таким же взглядом.

– Не делай вид, что не слышал о самой крутой биоигре Княжества.

Я задумался. Биоигры. Я слышал, что это очень продвинутые технологии. Ты ложишься в специальную капсулу, на голову надевают специальный шлем, закрепляют, и ты перемещаешься в компьютерную реальность. Так всё реально, даже боль. Только порог боли значительно меньше, чем в реальной жизни. Если тебе прострелят руку, ты почувствуешь лишь боль как от пореза. Хотя, порог боли могут и поднять при желании.