– Хотелось бы, но мне кажется, что он сам не уйдёт, - ответил тот спокойно.

– Правильно, ведь у меня на кафедре все самое лучшее, так ведь, Дар?
– поинтересовался у меня граф.

– Несомненно, милорд, - ответил я.

– А ты вырос, Дар, с момента катастрофы - граф оценивающе посмотрел на меня.

– Я мало что помню о том случае, - ответил я, внутренне напрягаясь.
– И я хочу поблагодарить вас, граф, за то, что тогда оказали всю посильную помощь. Можно сказать, вы спасли мне жизнь.

– Всегда рад помочь. Зато я тебя хорошо помню. Впрочем, это всё в далеком прошлом. А сейчас у нас счастливое будущее, разве нет?
– граф чуть улыбнулся.
– Впрочем, мы ещё успеем об этом поговорить.

И граф отвернулся от нас, а я мысленно смахнул пот со лба. От этого графа можно ожидать чего угодно.

"Океан?" - позвал я, пока преподаватель не обращал на меня внимания.

"Это срочно?" - донесся до меня еле различимый голос.

"Да!"

"Что стряслось?"

Я почувствовал, как Океан вернулся из глубин моего разума, и настроение у него было какое-то неопределённое.

"Мне страшно. Сейчас риоры выступать будут", - пожаловался я ему.

"Риоры не циркачи, что бы выступать, - пробурчал тот.
– "Выступать" будут эндорианцы, заявляя, что всё хорошо и это их новая система охраны и ещё что-нибудь о новой форме обучения. И потом все разойдутся. И риорам до тебя не будет ни какого дела. Так что успокойся и не волнуйся".

"Уверен?"

"На сто процентов и с одной тысячной долей погрешности", - дан был мне ответ и Океан опять исчез.

И почему он меня последнее время стремиться бросить?

"Я всё слышу!"

"Прости!"

– Дар, а что ты здесь делаешь?
– спросил у меня голос над ухом.

Я повернул голову, что бы столкнуться с самодовольным взглядом Ариса.

– Милорд Акаток сказал мне сидеть здесь, - ответил я ему.

Арис перевёл взгляд на преподавателя.

– Что-то не так, Кориндоран?
– тот повернулся в сторону моего друга.

– Я не против, милорд, но боюсь, что многие не так это поймут, что, в конечном счёте, приведёт к нежелательным последствиям для Дома Меридон, - ответил тот.

– А мне какое дело до Дома Меридон? Мальчишка будет сидеть здесь. Если у тебя есть претензии, можешь смело идти к князю. Думаю, он будет рад тебя выслушать.

– Боюсь, что он как раз сейчас занят разговором с графиней Меридон, и мешать их разговору я не решусь, - ответил Арис.
– И всё же, низший должен сидеть с низшими, а не среди столь значимых высокородных. Кому как не вам, милорд, это понимать.

– Я понимаю это лучше тебя, Кориндоран. Если это всё, что ты хочешь сказать, то займи своё место.

– Как пожелаете, милорд, - Арис едва поклонился и ушёл на другой ряд.

– Что ты думаешь о юном Кориндоране?
– поинтересовался у меня милорд, что было несколько неожиданно.

– Он хороший человек, - ответил я, аккуратно подбирая слова.

– И это всё, что ты о нём думаешь?

– Я его не так хорошо знаю, что бы говорить что-то конкретное. Мне он пока ничего плохого не принёс, - сказал я.

– А ты уверен, что ты не высокородный?
– ухмыльнулся преподаватель.
– Высокородный из тебя получился бы замечательный.

– Я рад, что вы обо мне такого мнения милорд. Но я всё же сын простого капитана пассажирского судна. И высокородным я быть не могу.

Милорд только покачал головой и ничего не сказал.

"Зордар, у меня к тебе большая просьба", - вдруг сказал Океан.

Его голос был таким же, как и обычно: спокойным, но что-то было не так, и я это чувствовал.

"Что нужно сделать?" - как всегда быстро ответил я.

"Я знаю, что ты боишься риоров. Но... ты не мог бы с ними как-нибудь... подружиться, что ли? Стать их другом".

"Это будет сложно, но я постараюсь. А зачем тебе?" - спросил я, хотя очень смутно понимал, как с моим страхом я буду дружить с этими существами.

"Мне нужна информация о дате смерти одного риора. Это всё, что мне нужно от них узнать".

"Я сделаю всё, что смогу".

А в действительности, не знаю, читает мои мысли Океан или нет, но я не понимал, как мне этого добиться. И более того, зачем это Океану. Он же просто голос в моей голове, защитная реакция моего мозга, единственный верный друг.