Звук разбивающегося стекла оторвал меня от грустных мыслей. Затем он снова повторился и настала тишина. Это было довольно странно. Я встал и пошёл смотреть, кто же из риоров прибыл.

– Здравствуй, Дар, - механический голос Гхсаара достиг меня, едва я прошёл половину зала.

– Здравствуй, Гхсаар. Почему ты здесь?
– глупее вопроса я задать не мог.

– Я твой телохранитель.

– Но ты же начальник охраны риорского карательного отряда, - не понял я.

Риор стоял в косяке между залом и кухней.

– Я ушёл с занимаемой должности и решил стать простым солдатом на службе у людей и эндорианцев.

– И тебя так просто отпустили?
– удивился я.

– У меня уже была подобная практика, - ответил мне коротко Гхсаар.
– Я расположусь на диване.

– Хорошо, - кивнул я и вернулся на форум.

Я бы с удовольствием лёг спать, но не получиться, потому что обещал Алеону посидеть на форуме до его закрытия.

– Я воспользуюсь твоим шкафом. Все равно он на половину пустой, - риор так, проинформировал меня.

Я обернулся и с удивлением смотрел, как это человекообразное существо вешала в шкаф три защитных костюма разных цветов.

– Ты решил здесь прописаться?
– поинтересовался Океан.

В темноте камера не показывала, что твориться в моей комнате. Океан отвернул её чуть в сторону.

– Не здесь, - ответил странно риор.

Хотя, странно для моего, человеческого понимания. А для риоров этого вполне будет достаточно. Но обычно риоры любят много уточнять. Так нам с Алией приходится поправлять Кхейлу, в редких случаях, когда она с нами разговаривала.

– Надолго?

– Достаточно.

Этот риор какой-то неправильный. Интересно, что ему такого люди сделали, что он стал такой странный. Хотя, как я могу судить о риорах, если знаю о них так мало?

– Мне можно будет спать на диване?

– Да, - кивнул я.

Вернувшись к экрану, я не заметил изменений. Кто-то с кем-то разговаривал, кто-то что-то обсуждал. Мне было банально скучно, потому что я не слышал подходящей темы, и потому что после новости о помолвке Алии мне было вообще многое фиолетово.

– Откуда ты знал, Дар, что едят риоры?
– вдруг спросил меня Гхсаар.

– Конструктор сказал, - ответил я.

– Меня всё больше интересует этот Конструктор, - сказал он.

– Гхсаар, а почему ты такой?
– повернулся я к нему.

Я точно был не в себе, если решился спросить о таком.

– Почему я отличаюсь от других риоров, ты это хотел спросить?

– Да.

Риор сел на диван.

– Потому что я был когда-то связан с одним человеком, - ответил тот.

Я не ожидал ответа, поэтому он меня несколько удивил.

– Что значит, связан?

– Мы, риоры, называем это явление - хашфах. На вашем языке нет подобного слова. Это явление, при котором между человеком и риором образуется в основном односторонняя, но в редких случаях двусторонняя связь, завязанная на эмоциях и разуме. Это очень редкое и опасное явление.

– Опасное?

– Риоры живут дольше людей. Но если человек, с которым связан риор, умирает, то умирает и риор.

"А если умрёт риор, человеку хоть бы что. Потому что люди почти не чувствуют эмоций риоров", - добавил Океан.

– А что эта связь делает?
– не понял я.

– Риор чувствует всё, что чувствует человек. Человек становиться для риора наваждением. Без этого человека жизнь становиться невыносимой. Ты словно теряешь часть себя. Очень важную часть и в тебе поселяется пустота, - ответил мне риор, и в его голосе, механическом голосе, мне послышались нотки грусти.
– И ты ничего больше не можешь поделать. Ты пытаешься задавить пустоту, пытаешься заполнить её чем-то. Ты начинаешь искать людей, искать возможности, искать ощущения. Ты стараешься отвлечься, пытаешься забыть. Но это не возможно. Только один человек может заполнить твою пустоту. Больше ни кто, как бы ты не искал.

– А где он, тот человек, с которым ты был связан?
– спросил я.

– Он умер. Очень давно умер, - печально сказал риор.

– Мне жаль.

– Я привык, - пожал он плечами.
– Хотя, люди меня стали раздражать. Я убиваю людей, потому что ненавижу их. Ненавижу, потому что люди виноваты в том, что он умер.

– Его убили пираты?
– удивился я.

– Нет. Его просто не стало.

Неясный ответ добавил в мой огромный список вопросов ещё один.

– Подожди-ка. Если он умер, то, как же ты можешь жить. Ты же сам сказал, что риор умирает.