"Зачем тебе понадобилось его злить?!" - мысленно заорал я.

"Бегом в двигательный отсек!" - проигнорировал меня Океан.

Пришлось действовать по его команде. Предохранители были сделаны на совесть, поэтому изменений в движении корабля никто не смог проследить, кроме навигаторов. Гхсаар нашёлся быстро. Он стоял у ядра двигателя и разваливал его плотный защитный корпус зелёным лезвием ликра.

– Остановись, - крикнул я под рёв двигателя.

Риор повернулся ко мне. Стекло шлема сверкнуло.

– Никто больше не сможет встать, между мной и тобой, - проговорил риор, не прекращая.

– А ты спросил меня, хочу ли я этого?
– тут уже влез Океан.

– Твоё мнение меня не интересует. Однажды я уже потерял тебя. И не хочу повторить это снова.

"Он быстрее и сильнее. Мы не сможем его остановить", - зло подумал я.

"Сможем. Просто доверься мне и ничего не бойся".

"Я тебе доверяю".

Океан, управляя моим телом, взял обычный лазерный нож с пояса, включил его и приставил к моему горлу.

– Если ты не отойдёшь от двигателя, я убью себя.

Риор повиновался. Он медленно опустил оружие на пол и отошёл от ядра. А затем резким движением оказался рядом, и вот уже моё тело висит на вытянутой руке опасного существа, а нож отлетел в сторону.

– Почему?
– тихо спросил он, и я едва расслышал его.
– Почему ты пытаешься оттолкнуть меня, так же как он? Почему ты просто не можешь быть рядом со мной?

– Отпусти, - только и ответил Океан.

Риор с силой швырнул нас, и мы ударились об металлический пол. Благо, воздух в лёгких остался.

– Почему и ты, и он бежите от меня?!
– риор взревел своим двойным голосом.
– Почему меня отталкиваете?! Я единственный раз попросил и его и тебя, а что получил взамен?! Меня просто послали, заявив, что я больше не нужен!

Риор оказался рядом, и я снова оказался в полёте, на этот раз, ударившись о стену.

– Семнадцать лет! Семнадцать я делал всё для него! Я учился ради него, контактировал с людьми, терпел аллергию, не спал ночами, потому что человеческие кровати не удобны для меня! Я семнадцать лет всегда всё делал, как он скажет!

Удар, полёт, и моё тело покидает пределы помещения ядра двигателя. Стало немного тише. Освещение было здесь получше. Неоновые лампы светили холодным светом, таким же холодным как корабль и сердце риора.

– Я попросил его один раз не принимать передачи с других планет. Всего лишь на семь дней! Он мог сделать всё, что угодно за это время, а что в итоге?! Он не послушался меня! Он обвинил меня во всём, даже в том, что я сделать не мог физически! Он набросился на меня с намерением убить. Каждый его удар, который я парировал, причинял боль куда сильнее физической. Я проиграл ему, и он оставил меня в живых, что бы я испытал все муки, которые только мог. Он даже представить себе не мог, что такое разрыв связи!

Ещё удар, и отлетел ещё на десять метров.

– Я пережил этот момент. Я научился жить без него. Я постарался забыть про него. А потом он умер. Я это почувствовал через несколько десятков звездных систем. Это как будто от тебя открывают половину тела. Очень больно. Я пытался его забыть, пытался! Но даже через пятьсот лет не смог. Я убивал людей, пытался заглушить боль, отомстить! Но это лишь облегчало ненадолго страдания. Я не смог убить себя. Я ждал смерти. Но она не пришла.

Риор наклонился над моим телом и поднял. Поставил на ноги и прижал к стене.

– А потом появился ты. Полная его копия. Я думал, что теперь всё измениться и я стану таким же, как раньше. Я почувствовал впервые за пятьсот лет себя живым! Но и ты бросаешь меня, отталкиваешь, так же, как и он. Но в этот раз всё будет по-другому. Страдать будешь ты.

– Трус!
– бросил Океан.
– У тебя не хватило смелости хоть раз связаться с ним и попытаться попросить прощения или просто поговорить. А теперь из-за своей трусости пытаешься выместить свою злость на других людях. В таком случае, ты даже хуже него.

Риор замахнулся и ударил. Я думал, мне пришел конец. Ударил рядом с моим лицом. А затем снял шлем. Взгляд кроваво-красных глаз впился в меня, и я попытался отвести взгляд. Но риор рукой зафиксировал моё лицо. Силы у него, как у робота. Половину его лица закрывала мембрана. Рот, нос, уши отсутствовали. Бровей и ресниц не было. Кожа костяного цвета. Почти все лицо, начиная от основания гребня и заканчивая подбородком, наискось пересекал толстый шрам.

– Посмотри, что он сделал со мной. Я тогда не понимал, что со мной происходит. Я хотел к нему, я не мог без него жить! А ему было плевать. Он объявил риоров вне закона на своих территориях. Я просто не посмел бы тогда взглянуть ему в глаза. Я бы не выдержал той ненависти.