– А твой отец? Где он?

Мальчик шмыгнул носом, слепил еще один снежок и снова бросил в воду.

– Он умер.

Твою ж мать…Что за утро гадское такое? Одна новость паршивей другой.

– Прости, я не знал.

– Не извиняйся, я его видел два раза в жизни. Так что я не много потерял.

Ответил резко, отвернулся и теперь беспрестанно швырял комья снега куда попало. Нервничает.

– Наверно отец просто не мог часто с тобой встречаться…не думаю что…

– Не парься, я привык. Он все мог, просто не хотел. Проехали. Забыли.

Ты ж не мой личный психолог.

Габриэль почувствовал напряжение, словно ощутил ауру мальчишки, которая из светлой становилась очень темной, угрожающей. Будто он кричал, там в душе: "Не лезь ко мне…мне больно"

– Нет, я не психолог. Просто у меня даже такого отца не было.

Паренек обернулся.

– А мама была?

– Нет, мамы тоже не было.

– А у меня есть. Только я ей на фиг не нужен.

Он снова отвернулся и теперь ковырял палкой по льду, стараясь продолбить дырку и достать до воды. Габриэль поднял куртку мальчика и набросил ему на плечи.

– Знаешь, я не думаю, так, как думаешь ты. У меня не было мамы и я готов многое отдать, чтобы она сейчас была рядом со мной. Да что там, пусть будет не рядом, но только будет.

– Даже если бы она тебя не любила?

Габриэль тяжело вздохнул.

– Тебе кажется, что она не любит. Я бы на твоем месте считал точно так же. Только у меня ее никогда не было.

– Она не приезжала ко мне полтора года. Она отдала меня тете Фэй сразу после моего рождения.

– А ты спроси у нее, почему она так поступила.

Паренек молчал, и ему наконец-то удалось проковырять толщу льда. Теперь он яростно вдалбливал палку в образовавшуюся лунку.

– Ты говорил с ней об этом?

– Нет, я вообще с ней не разговариваю.

– А я бы хотел иметь возможность поговорить с моей мамой, хотя бы один раз.

Велес повернулся к Габриэлю и в желтых глазах блеснули слезы, хоть лицо и скривилось от гнева, но он был готов расплакаться и ненавидел себя за это.

– Даже если бы ты знал, что ей на тебя наплевать?

– Я бы спросил у нее почему. Иногда мы видим то, что хотим видеть, а не то, что происходит на самом деле. Посмотри воооон туда. Видишь глыбу льда посередине озера? Она кажется тебе маленькой правда?

– Она и так маленькая.

– Ничего подобного, если ты поднырнешь снизу, ты увидишь гораздо большее плато, чем сверху. Маленький айсберг. Так и истина. Пока ты до нее не докопаешься, прячется очень далеко от тебя.

– Думаешь, она скажет мне правду?

– Думаю, скажет. Если ты спросишь.

– Она позвала меня сходить на футбол, представляешь? А я терпеть не могу футбол.

Габриэль улыбнулся:

– Я тоже.

– Я гонки люблю.

– На мотоциклах или ралли?

– Тачки. А хочешь, сходим на гонки? У нас в городе. Сегодня. Пойдешь с нами?

Габриэь замялся. Ему требовалось время переварить всю информацию. Слишком много он узнал сегодня. О Кристине. Это ничего не меняло в его отношении к ней, но очень многое объясняло в ее поведении. Она потеряла мужа, возможно горячо любимого, а тут он, Габриэль, лезет к ней со своими чувствами, которые скорей всего на хрен ей не нужны.

– Так пойдешь? Не то я сам с ней идти не хочу. Вдруг ей не понравится.

– Ладно, пойдем, если она будет не против.

– Велес!

Они оба резко обернулись. Кристина появилась из-за деревьев, и Габриэль почувствовал странных запах страха, панического ужаса.

Прежде чем он успел что-то спросить, женщина бросилась к сыну. Крис схватила его за плечи: