– Мои бы у... хм, авроры после такого позора полдня бы беременными жабами ползали по дуэльному залу, своими языками каждую соринку подбирая!

– Но ведь они еще не сдали всех экзаменов и глупо требовать от них соответствующих талантов и выучки...

– Филиус прав!
– согласно кивнула Помона, а стоящий как обычно позади всех Снейп промолчал, но бросил о-о-очень выразительный взгляд на своих учеников. Кого-то в мантии с зелено-серебристым кантом заметно передернуло.

– А я, если вы слышали, наказал их не за то, что в бою они показали себя как помесь бубонтюбера с садовым гномом, а за глупость! За то, что они, обладая такими "впечатляющими", навыками вообще полезли в драку! Мне стыдно за Британию!

– Я поговорю со своими учениками, - после долгой паузы очень веско сказал декан Слизерина. Тихий, но дружный стон серебристо-зеленых, стоило Снейпу лишь удивленно приподнять правую бровь, мгновенно умолк.

– Выдай им самые впечатляющие по размером и изгаженности котлы, - посоветовал Моуди.

– Коллега, - медленно проговорил Снейп.
– Я сам решу кого и как именно мне наказывать. "Без сопливых разберусь", - так и слышалось мне в этом чопорном ответе. Впрочем Краучу было не до этого. Он своим артефактным и здоровым глазами рыскал по валяющимся телам, ища кого-то. И нашел.

– Ты!
– Крауч повернулся спиной к предателю Повелителя и указал палочкой на меня.
– Сегодня вечером, после ужина, отработка у меня в кабинете!

О! Как вовремя! И сколько зрителей! Ну, сейчас я отыграюсь за урок ЗОТИ и поставлю Моуди на место.

– Профессор Моуди. Я, как полноправный лорд, согласно Кодексу Хогвартса признаю ваше требование оскорбительным и...

– Да мне насрать!
– перебил меня Моуди.

– Профессор! Здесь же дети! Какой пример вы им подаете?!
– поморщилась Макгонагалл, но Моуди, похоже, было насрать не только на меня.

– Ты понял меня, парень? Не придешь ко мне, тогда я приду сам и устрою такую отработку, которую ты никогда не забудешь! Ясно тебе? Ну?!

– Ясно, - ответил я.

Мда. Поднял, называется, авторитет.

Авторитет-авторитетом, но идти на вечернюю отработку мне все же пришлось. Я не хотел даже мысленно представлять себе, в какую форму, с учетом капитальной ебнутости на голову преданнейшего слуги Волдеморта, примет та самая "никогда-не-забудешь" отработка. Что-то сомнительно, судя по прошлой такой с ним, что я смогу даже хотя бы просто поцарапать Барти. Так что, если тому в голову придет что-то совсем непотребное, всегда и уйти можно ничего не объясняя (а попросту: руки в ноги - и драпать). И прятаться потом за юбкой Спраут на факультете. М-да...

Постучавшись в запертую по вечернему времени дверь кабинета ЗОТИ, я немного подождал, и вскоре дверь с легким щелком чуть приоткрылась. Раз приглашают, нужно войти.

Класс был темен, тих и пуст. Только из-за приоткрытой наполовину двери в личный кабинет профессора ЗОТИ доносились какие звуки, и на темный пол падало прямоугольное пятно света. Поднявшись по коротенькой лестнице (интересно, в том, что кабинет расположен выше класса, есть какой-то глубокий смысл), я зашел в комнату.

Это был первый личный кабинет профессоров, что я видел за прошедшие три года учебы в Хогвартсе. Все же, я не Поттер, который ел с рук у оборотня, а Флитвик и Спраут - даже они разговаривали со мной только в классах, поэтому я не считаю, что в моем любопытстве было что-то предосудительное. Я остановился на пороге и стал с внимательно по очереди рассматривать предметы, что попадали мне на глаза. И сразу же зацепился за коллекцию средневекового холодного оружия, многие экземпляры которой хотелось потрогать руками, или даже взмахнуть или ударить по мишени. Быть может, лет пять назад, я бы с удовольствием схватился за пару-тройку рукоятей или потрогал бы ногтем заточку, но... Здесь я уже не первый год, и поэтому отлично знаю, что даже безобидный на вид предмет может быть смертельно опасным, а уж оружию таким быть сам Мерлин велел.

Отведя душу визуальным осмотром богато отделанного холодняка, я перевел свой взгляд на прочую обстановку комнаты. Кабинет ЗОТИ чем-то напоминал кабинет директора, только "труба пониже и дым пожиже". Живые картины, сейчас странно молчаливые, сундуки и сумки, шкафы с книгами и какими-то странными на вид кусками костей и черепами неведомых существ, и прочая, прочая, прочая дребедень, которая неосведомленному магу покажется обычным мусором, а разбирающемуся - редкой драгоценностью. А вот чем рабочее место Крауча отличалось от дамблдоровского, так это тем, что о кабинете профессора ЗОТИ нельзя было сказать, что в нем царил абсолютный порядок - скорее совсем наоборот.

По полу кабинета совершенно небрежно разбросаны какие-то артефакты, куски чего-то непонятного и предметы одежды. Чем-то это напоминало место крушения самолета. Как и на обгорелом поле, здесь тоже можно было найти "обломки": вот это - деревянная нога-протез, дальше - крутится валяющийся на полу бесценный волшебный всевидящий глаз, металлическая оправа от которого небрежно надета на спинку резного кресла. Посох спокойно прислонен к придвинутому к столу другому креслу, в котором сидит... совершенно незнакомый мне мужчина. Худой и веснушчатый блондин лет тридцати пяти, в небрежно прибранной копне русых волос которого проглядывают седые пряди, пристально смотрел на меня, наслаждаясь моим недоумением. На Барти из фильма он не был похож совершенно, если не вглядываться в горящие фанатичным огнем темные глаза.