– Что, не смог трахнуть?

– Нет! Она чистокровная из древней семьи. И замужем... И обеты при свадьбе приносились, сам понимаешь... Не изменить... Ну и...

– В кого же ты был влюблен?

– Не важно. Жизнь с ней и так поступила достаточно... жестоко, чтобы еще и отвлекать ее своей любовью. И кто бы что бы там ни говорил, она не всегда была... такой, - Барти тихо пробормотал последнюю фразу себе под нос.
– Но это совсем не важно. Важно то, что у тебя ситуация совершенно другая...

– Я пробовал. Но с ней никак не связаться! Даже не поговорить, не то что "трахнуть"!

– И что, так и будешь тут сидеть в слезах?

– Когда это я плакал?

– Ну не плакал, так бесился. Так дело не пойдет. Давай, - Барти налил мне полный бокал джина и пихнул в руку.
– Пей и изливай душу. Выплесни это из себя, и тебе станет легче.

– С чего бы это?
– удивился я. Ну не был Крауч мне не только близким, а хотя бы и просто другом, чтобы я мог допустить использование его жилетки для вытирания своих соплей.

– Пей! Или я наложу на тебя Империо, и ты упьешься принудительно. А потом, когда ты дойдешь до нужной кондиции, пойдем к девкам. Приласкают тебя, глядишь, все как рукой снимет! Да и в Азкабане будет что вспомнить, если что. Когда нет дементоров, там очень скучно.

– Но я не собираюсь...

– Ха! Постоянная бдительность! Но даже она все равно не спасет тебя, в случае чего. Думаешь, все, кто попал в Азкабан, заранее планировали там оказаться? Не-е-ет. Я помню, как про это как-то говорил Долохов. Что-то вроде "от нищеты и Азкабана не клянись", так как-то звучит их московитская поговорка.

– Но...

– Твой выбор?
– Барти нацелил на меня внезапно появившуюся в его руках волшебную палочку.
– Пьешь сам или..?

– Сам. Но только, чур, ты со мной...

– Ха. Думаешь, споить меня. Ну-ну!

"Посмотрим", - подумал я про себя.
– Уж что-что, но я пьяным могу не держаться на ногах, зато держу свой мозг на привязи. Всегда!"

Увы мне. К сожалению, опьянение - многоплановый, психо-физиологический процесс. Как бы я ни хвастался тем, что в прошлой своей жизни мог легко держать водочный удар, в силу современного состояния моей тушки от чисто биологического влияния этанола на клетки мозга деться мне было некуда. И, соответственно, рано или поздно опьянение все же накрыло меня с головой.

Сколько мы пили, не помню, так как ощутимый кусок памяти остался потерянным. Какие-то куски вспомнились, но весьма и весьма фрагментарно:

– Как они меня, ик, все достали! Убить бы их все-е-ех!

– Так. Понятно. Пей.

Провал в памяти.

– Но, она такая...
– несу я заплетающимся языком какой-то полусвязный розовый бред.

– Ага. На. Пей.

Опять провал в памяти.

– Ты бы зна-ыл, как, ик, мне сейчас, хнык, плохо!

– И что? Ты жив и здоров. При магии. На свободе. Учись ценить то, что имеешь. Здесь и сейчас. Когда-нибудь у тебя обязательно настанет в жизни по-настоящему тяжелый момент, вот тогда и будешь, хех, сокрушаться. От тебя это никуда не уйдет, поверь. А сейчас живи в свое удовольствие. Пей...

Последовал очень длинный провал в памяти, так как в следующий раз я осознал себя уже затемно, стоящим перед зеркальной витриной какого-то магазина Косой Аллеи. Причем рожа и телосложение были уже не мои, как и незнакомым был маг, который придерживал меня за шиворот.

– Ты кто?
– почти не заплетающимся языком спросил я.

– Постоянная бдительность!
– подмигнул мне... похоже, это все же Барти.
– Так. Вроде отрезвляющее зелье подействовало. Давай, двигай ногами и запоминай дорогу, куда мы сейчас пойдем.

Вскоре мы свернули с освещенной центральной улицы магического квартала в темные мрачные глубины Лютного. Наш путь лежал туда, где и днем-то очень легко нарваться на неприятности, а уж ночью... И как мной подспудно ожидалось, очень быстро эти самые неприятности нас нашли.

– Эй вы, красавчики!
– преградила нам дорогу какая-то грязная темная фигура.
– Ищете, где перепихнуться друг с другом?
– зло, рычащим хриплым голосом спросила она у нас.
– Оставьте свои кошельки и, быть может, вы уйдете отсюда...

– Брахиам Эмендо!
– фиолетовый лучик заклинания сорвался с палочки Барти и впился в грудь преградившему нам дорогу существу. Как-то среагировать не смогли ни я, ни грабитель.

– А-аы-ы, - вопль дикой боли напавшего на нас очень быстро перешел в хрип и судорожные рывки руками и ногами. Судя по тому, как расплылась грудная клетка убийцы, мгновенно превратившегося в жертву, заклинание Крауча изъяло из нее все кости.

– Запомни. Местные уважают только силу! Убивай их без всяких стеснений, все равно за это никому не нужное отребье никто никогда не вступится! Многие отсюда, желая из крыс стать волками, в прошлом примкнули к Повелителю. Вот только они не понимают, что крыса - это не состояние тела или отсутствие денег на нормальную жизнь. Крыса - это суть их грязных мерзких душонок! И что ни делай, ее не изменить! Даже купаясь в золоте, они остаются безродными грязнокровными крысами! Достойными только...