– Не бойся, - шепнул Эдвард, вкладывая сигарету между моими пальцами.
– Небо давно уже не такое, что раньше, некому наказать за то, чем мы занимаемся тут. Никакого гнева не последует. Вдыхай, - приговаривал он, помогая мне сделать затяжку.

Теплый и сладкий дымок потек в мои легкие, и в тот же миг немного закружилась голова. Рука Эдварда, опустившаяся мне на плечо, сначала показалась очень тяжелой, а потом будто стала продолжением меня, и казалось, нет ничего естественнее, чем сидеть на балконе с красивым парнем, смотреть на звездное небо и вместе делать то, что обоим по душе.

– Еще, - не дал мне Эдвард отнять сигарету ото рта, настаивая на продолжении завораживающим голосом.

Вторая затяжка вызвала у меня приступ веселья, вдруг все стало казаться легким и достижимым, напряжение ушло, а проблемы отодвинулись на второй план.

Эдвард засмеялся над моей реакцией, отнимая у меня возможность затянуться в третий раз, уже по собственному желанию. Я восхищенно смотрела, как он затягивается последний раз и тушит окурок в стоявшей рядом пепельнице.

– Это не табак, - захихикала я, чувствуя себя так, будто земное притяжение исчезло и я летаю, хотя не расправляла крыльев.
– Это наркотик!

– Легкий наркотик, - поправил Эдвард, глядя слишком близко мне в глаза.
– Я не предлагаю тебе совершать тяжкие преступления, а всего лишь хочу показать, что быть человеком не так уж и неприятно.

Меня качнуло на волнах эйфории, и Эдвард улыбнулся, ему нравилось мое улучшившееся настроение.

– Ты уже согласен отправиться со мной наверх?
– захихикала я, странное тепло гуляло по телу, требующему больше. Какие-то неосознанные желания оживляли его. Не привыкшая так сильно что-либо чувствовать, я не знала, что с этим делать.

– Э, нет, - не согласился Эдвард, смеясь.
– Это еще далеко не все, что я хотел тебе показать.

Он поднял меня за руку и потащил наружу.
– Раз уж ты отказалась спать, будем гулять!

Выкуренная сигарета открыла что-то спрятанное в глубине меня, я чувствовала все так остро и по-настоящему. Мы вышли на открытый воздух, и сильные эмоции обрушились на меня как водопад: чистый свежий воздух, разгоняющий кровь по венам, улыбка Эдварда, согревающая теплом, мощный байк, вибрирующий подо мной, скорость ветра, ударяющего в лицо и заставляющего кричать от восторга. Я сбросила оковы и забыла себя, полностью отдавшись человеческой части. Восхищение скоростью сменилось музыкой, качающимися вокруг меня телами, и я танцевала вместе с ними, упиваясь свободой. Эдвард все время был рядом, качаясь в том же ритме, прижимал к себе, кладя руки на мою поясницу и давая почувствовать общий ритм.

Я растворилась в музыке, откинув голову на широкую грудь Эдварда и покачивая бедрами, расслабленно и восторженно наблюдая за тем, как танцуют все вокруг. Их лица - людей, которых мы должны были охранять и спасать - выглядели намного счастливее, чем у ангелов. Казалось, я ничего не смогла бы им предложить того, чего у них еще нет. А вот они уже научили меня чему-то новому - чувствовать всю полноту жизни, управлять ею по своему усмотрению.

Одна из пар, танцующих возле стены, закрыв глаза, крепко прижалась телами и лицами, почти потеряв нужный ритм.

– Что они делают?
– спросила я ангела, улыбающегося мне и помогающего верно двигать телом.

– О, это самое главное из всего, что я могу тебе показать, - запыхавшись от танцев, шепнул он мне в самое ухо.
– Как ангелы появляются на свет, знаешь?

– Ими становятся умершие люди, заслужившие эту честь?
– ответила я фразой из учебника.

– Вот именно, - усмехнулся Эдвард.
– А люди появляются благодаря любви! И это самое прекрасное, что может подарить нам человечность!

Он наклонился, и его губы вдруг прикоснулись к моим, точно так же, как соединялись у той парочки. Я хотела удивиться или возразить, но Эдвард, касаясь губами снова и снова, заставил меня забыть вопрос. Казалось, я уже почувствовала всю яркость и остроту человеческого бытия, но жар, обвивший вдруг мое новое тело, был сильнее всего, что я успела испытать, пальцы Эдварда, находившиеся на моей спине, создали электрический разряд, а в легких стало не доставать воздуха.