Станнис тоже не ждет и, жестко рассекая воздух, возвращает удар. Они оба довольно вымотаны, чтобы не тянуть время. Они оба знают, что представляют из себя, и у них нет времени прицениться к сопернику. Сделай все, что можешь, – и один останься стоять. Рамси уворачивается легко, с хрустом скользнув пятками по грязному снегу, и огонь только скользит по стали у его живота.

Тело Рамси расслабляется все больше, сливаясь с темным месивом под ногами, позволяя морозным порывам проходить сквозь грудину насквозь. И его самого не существует больше, только все вокруг соединяется в нем. Новую атаку Станниса Рамси, не видя, чувствует порывом воздуха от самого замаха и моментальным – растянувшимся в вечности – ударом, едва соприкоснувшимся с плоской поверхностью фальшиона, соскользнувшим с нее, как талая вода с лица. Глаза Рамси Болтона пусты и прозрачны. И напротив – он сам вывернутой кожей чувствует скользящий по нему взгляд Станниса, чувствует короткое напряжение его ладони перед ударом. Рамси напрягает только запястье, чтобы отвести меч. Он спокоен, словно стоит сейчас в подвале Дредфорта и вскрывает непослушное тело. Потому что ему нужно вскрыть Станниса. Выворотить его наизнанку и понять, как он работает.

Усталость, жесткость, презрение, решительность. Удары Станниса уверенны и расчетливы, и Рамси считывает каждый из них, раскладывая влажными внутренними органами по промасленным горшкам. Крепкий желудок, слегка потрепанное сердце, мощные легкие, кровь сильно давит на мозг. Нанося неважный, выматывающий и отвлекающий удар, Рамси заполняет горшки бальзамом и приступает к изыманию костей. Те обычно ноют по ночам и к непогоде, не смертельно, но после нескольких часов битвы это должно бы мешать ему двигаться. Неплохо. Дальше – мясо, что на стол, а что на корм собакам. Руки хороши, живот чуть слабоват уже, но приемлем, это подойдет для лордов и их сыновей. А вот ноги соблазнительно уязвимы. Как раз для дикого пса. Для Рамси Болтона. И кости в них невозможно ноют сейчас, и сводит все мышцы, да еще правая рассечена скользящим ударом. Рамси окончательно выбирает больное место, и его взгляд становится еще холоднее.

Станнис бьет в очередной раз, и Рамси ловко отступает назад, принимая удар Светозарного на один из фальшионов, собираясь вторым бить в открытое бедро. Он не слышит, как звенит надрывно его меч, только силой предплечья удерживая его. Но Станнис резко проворачивается, защищая уязвимое место – это стоило ему обжигающей боли в ногах, – и нападает в ответ. Его ведет осознание собственной боли, и он не может позволить себе даже нескольких лишних мгновений.

Теперь он не дает Рамси времени для новых атак, заставляет только прикрывать себя, с силой притесняя назад. Станнис пышет ледяной, темно-синей яростью, атакуя каждый раз, когда Рамси собирается занести фальшион для удара. Как с самоуверенным мальчишкой на тренировочном поле.

Он открывается только раз. Но этого раза Рамси Болтону достаточно. Лезвие фальшиона летит к бедру размытой кровавой полосой, когда мощный удар кованым сапогом приходится в открытое невольно солнечное сплетение – Станнис не успевает размахнуться, рассчитывая лишь на разворот и сильный удар. Его колено больно хрустит, но фальшион только вспарывает бедро, и Рамси падает назад, головой в снег. Его оглушает болью, и он задыхается; волосы разметались в грязи, полный рот распахнут, он глотает воздух. Но Станнис тоже сбился в дыхании. Запнувшись, он замахивается Светозарным. Кровь щедро струится по его бедру.

Сверкающий клинок летит Рамси в лицо и грудь, и он принимает его на оба скрещенных фальшиона, болезненным рывком все-таки подняв руки. Его дыхание брызжет розовой слюной; Станнис нещадно давит всей силой, на лбу взбухает вена, и руки дрожат от нечеловеческого напряжения. У Рамси трясутся плечи, спина вспыхивает болью, а лицо краснеет в темноту. Он орет, срывая глотку, зверьей силой и силой воли отталкивая станнисов меч и переворачиваясь в снегу. Липкие грязные капли попадают на лицо, но их некогда утереть. Рамси поднимается, сразу разворачиваясь и принимая новый удар Станниса на лезвие. Со звоном хрустит сталь против легендарного клинка – и ломается напополам, блеснув, падая в грязь. В руках Рамси остается сколотый обломок, и только зверье чутье спасает его от потери руки: он выворачивается из-под удара ловкостью водяного плясуна, скользнув пятками по грязи, отбрасывая бесполезный меч и прикрывая себя оставшимся фальшионом. Но Станнис тоже замедляется, измучив себя последним выпадом. Его дыхание срывается бледно-серым паром, и он разворачивается для новой атаки.

Но Рамси чувствует его кровь и в этот раз не собирается промахнуться. Он атакует Станниса пару раз, заставляя его сделать замах с нужной стороны, и дико кричит ему в лицо, забрызгивая кровью. И отводит сильным рывком меч, подрубая раненую ногу. Фальшион входит до середины бедра, упершись в кость. Рамси хотел срубить ее целиком, но не успевает даже вытащить меч, торопливо разжимая пальцы на рукояти и отшатываясь назад: Станнис с хриплым, сорванным стоном падает на колено, еще пытаясь задеть его мечом.

Но даже так, лишенный возможности передвигаться, он остается опасным противником. А у Рамси больше нет оружия, чтобы защититься от рассекающего воздух Светозарного. И он оглядывается в поисках хоть обрубка своего фальшиона, когда Деймон позади кричит его имя.

Оборот головы – и Рамси легко ловит брошенное копье. Конечно, он вовсе не копьеносец, но тут много умения не надо. Он ухмыляется желто-красным ртом, поворачиваясь к Станнису. Он хочет увидеть, что будет в его глазах.

Рамси шагает по слякоти, занося копье. Он видит гордость и вечную пустоту в темно-синем взгляде перед тем, как бросает копье мощным замахом. Такой удар не отобьешь, и Станнис даже не пытается. Он принимает свою смерть лицом к лицу, и когда копье входит ему промеж ребер, откидывая торс назад, он только крепче сжимает пальцы на рукояти Светозарного, и по его лицу бежит судорога. Рот плотно сжат, он не позволил бы вырваться из него ни единому звуку. Рамси тяжело выдыхает, зверски оглядывая его людей.