— Можешь, — разрешил я.

— Когда я была свободной женщиной, на Косе, и в других местах тоже, — сказала она, — видя невольниц в рабских туниках, как я уже сказала, я чувствовала ужас и отвращение.

— И что? — поощрил я замолчавшую в нерешительности женщину.

— Но я ещё и хотела, чтобы меня саму одели в такую тунику, и чтобы я, так же как те женщины, стала подвластной мужчинам!

— Я могу это понять, — заверил её я.

— Но я всё ещё свободная женщина, — продолжила она, — мне стыдно и позорно носить то, что сейчас на мне. Но будь я рабыней, и не думаю, что у меня могло бы возникнуть чувство стыда. Полагаю, что скорее я была бы благодарна, ведь мне запросто могли не позволить и этого. Точно так же я не думаю, что возразила бы, будь рабыней, а не свободной женщиной, против того, чтобы оказаться голой на цепи. Опять же, я скорее чувствовала бы себя благодарной и очень гордой тем, что мужчины нашли меня достаточно привлекательной и возбуждающей, чтобы заковать меня в цепи.

— У рабства много сторон, — кивнул я.

— Мне кажется, что я знаю об этих сторонах с точки зрения удовлетворения моих женских потребностей, которых Вы, будучи мужчиной, не в состоянии понять до конца, — сказала Феба.

— Возможно, — не стал спорить с ней я. — Зато я знаю, что из любой женщины получается превосходная рабыня.

— А Вы никогда не задавались вопросом почему? — поинтересовалась она.

— Возможно, потому что они — рабыни, — улыбнулся я.

— Точно! — воскликнула Феба.

— Такие же, как Ты сама? — уточнил я.

— Конечно!

— И всё же даже в этом случае, — заметил я, — мне кажется, что существуют такие ощущения и аспекты рабства, которых нельзя полностью понять или ожидать, пока не получишь реального опыта этого состояния.

— Я в этом не сомневаюсь, — сказала она, задрожав.

Я окинул её взглядом. Надо признать, стоящая передо мной на коленях закинув руки за голову женщина, одетая в лишь рабскую полосу и пояс, была прекрасна.

— Я могу опустить руки? — снова спросила она.

— Нет, — отрезал я.

— Вы начали моё обучение, не так ли? — поинтересовалась Феба.

— Возможно, — не стал отрицать я.

— Мне страшно, — призналась она.

— Как Ты думаешь, почему я приказал тебе, стоять на коленях именно таким образом? — спросил я.

— Очевидно, чтобы заняться моей одеждой без помех с моей стороны, — предположила моя служанка.

— Ты считаешь себя скромной? — осведомился я.

— Конечно, — поспешила заверить меня она. — Я же свободная женщина.

— Однако когда Ты в первый раз предстала передо мной на постоялом дворе, твои груди были обнажены — напомнил я.

— Мне кажется, что у меня прекрасные груди, — сказала она покраснев.

— Можешь не сомневаться, так и есть, — заверил я её.

— Я обнажила их, потому что опасалась быть отвергнутой, — призналась Феба.

— И Ты по-прежнему считаешь себя скромной женщины? — осведомился я.

— Да, — ответила она.

— Так вот — нет, — усмехнулся я, — о какой скромности Ты можешь говорить, если Ты должна демонстрировать их снова и снова, и насколько я вижу, готова делать это с удовольствием, в точности как рабыня?

Женщина понурила голову и уставилась перед собой.

— Ты можешь опустить руки, — разрешил я, и она тут же положила руки на бёдра.

— А вот колени сводить я не разрешал, — заметил я.

Феба поспешно вернула ноги на прежнее место.

— Рабская полоса отлично смотрится, свисая между твоих бёдер, — похвалил я.

— Спасибо, — поблагодарила она.

— И твои бёдра весьма соблазнительны, — добавил я, отчего женщина покраснела ещё гуще. — Да, и живот и груди, и вся остальная часть тебя.

— Спасибо.

— Да, Ты на удивление прекрасное создание, — признал я. — Уверен, Ты станешь прекрасной рабыней.

Женщина вздрогнула.

— Что-то не так? — спросил я.

— Мне страшно, — ответила она.

— Почему? — полюбопытствовал я.

— Я ничего не знаю о том, каково это — быть рабыней, — объяснила Феба. — А ведь именно это должно произойти со мной! Я ничего не знаю о том, как доставить удовольствие мужчинам! Я даже толком не умею носить тунику, или завязывать пояс!

— Когда Ты станешь рабыней, обратись к своим сёстрам по неволе. Только не к тем, кто сами недавно были свободными женщинами, и теперь являются самыми низкими и самыми неосведомленными из рабынь, самыми скромным из начинающих изучать свои ошейники. Наблюдай за ними. Учись у них. Служи им. Приноси им маленькие подачки, которые Ты сможешь заработать. Проси их помогать тебе, обучать своим хитростям, своему искусству и тайнам. Даже такая мелочь как умение пользоваться языком может иметь большое значение в том, выживешь ли ты или нет.