Белнар был прикован к столбу крепкой тяжёлой цепью длиной около пяти футов, застёгнутой на его талии. Похоже, это была та же самая цепь, на которой прежде на том же самом месте сидел сам кюр. Он удержала бы даже кайилиаука. Цепь звенела, от беспорядочных рывков, слины делали своё дело. Уже ненужный топор валялся поблизости. Одна из рук Белнара, правая, лежит рядом. Видя, что я не бросаю вызов, кюр, отвернулся от меня, и, опустившись на четвереньки, направился туда, где насыщались слины. К моему ужасу, монстр бесцеремонно растолкал их своими косматыми плечами, и опустил голову присоединяясь к пиру.

Около одной из стен ямы, возвышался огромный котёл, тот самый, что раньше стоял в большом зале. Он снова был наполнен тарларионовым жиром, уже нагретым до состояния кипения. В нескольких шагах от котла валялся труп мужчины, чуть дальше от него ещё один. Похоже, слуги Убара. У обоих были прокушены затылки. У меня даже сомнений не возникло, для кого именно Белнар приказал подготовить жир на этот раз. И не трудно было понять почему он это сделал. Я вздрогнул. Но, пожалуй, эти приготовления теперь, пропадут впустую. Сомневаюсь, что Фламиниус, капитан войск города, или капитан стражи, захотят вдаваться в такие сложности.

Я протиснулся между слинами и кюром. Тело Белнара было инертено, двигались только животные. Его глаза были всё ещё открыты, бессмысленно таращась в тёмное небо. Один из слинов предупреждающе зарычал, но не сделал попытки напасть, лишь недовольно мазнул по мне взглядом. Слины — чрезвычайно целеустремленные животные, даже в поглощении пищи, и, пока я не попытался вмешаться в это, или противостоять его желанию, я мог не бояться их. Не опасался я и кюра. Интересно, что хотя его челюсти и были красными от крови, но, оказывается, он не ел. Судя по всему, он пробовал мясо на вкус, как бы проверяя его. Не обращая больше внимания на слинов и монстра, я принялся обыскивать тело и рванную одежду Белнара. Кошель я нашёл, где и положено, на поясе. Только того, что мне нужно там не оказалось. Тогда я принялся осматривать песок вокруг столба. Всё оказалось тщетно. Если он и принес это с собой, оно было окончательно потеряно.

Тут до меня донёсся звук, который я мог связать только с поворотом ключа в тяжелом замке. Я обернулся. Кюр, зарычав, отогнал недовольных слинов, и потащил за собой по песку к котлу то, что осталось от Белнара.

— Ты можешь понимать меня? — поинтересовался я.

Некоторые кюры могут понимать гореанский, а кое-кто даже способен издавать звуки близкие к человеческой речи.

Монстр не выпуская Белнар зр своих лап, пристально посмотрел на меня.

— Что Ты собираешься делать? — спросил я.

— Меня посадили в яму, как животное, — проговорил монстр.

— Жители Брундизиума просто не понимали, с кем имеют дело, — постарался объяснить я. — Я уверен в этом.

— Они поймали меня, — сказал он. — Они рассматривали меня, как животное.

— Это так, — признал я.

— Я — цивилизованное существо, — заявил он. — Я — тот, кого Вы могли бы назвать джентльменом. Я отличаюсь даже от большей части моего вида.

— Я верю в это, — кивнул я. — Что Ты собираешься сделать?

— В тюрьме, мы нехорошо питались, — пояснил монстр.

— Остановись! — сказал я.

Внезапно, к моему ужасу, глаза Белнара, раскрылись ещё больше. В этот момент на его лице мелькнуло понимание происходящего. Почти потусторонний крик, зависший на одной ноте, еле слышный, сорвался с его губ, и оборвался, когда его тело погрузилось в кипящий жир. Через мгновение, это изорванное, полусъеденное тело, забилось в диких конвульсиях, но быстро замерло и расслабилось. Я думал, что он был убит ещё слинами. Оказалось, я ошибался, он умер только сейчас.

Я с ужасом уставился на животное, вынимающее тело Убара из котла.

— Почему Ты смотришь на меня так? — спросил он.

— Это — ничто, — отмахнулся я.

— Я — цивилизованное существо, — вновь заявил монстр. — Я отличаюсь даже от многих из моего собственного вида. Они — варвары.

— Да, — не стал спорить с ним я.

— Как Ты можешь видеть, — сказал монстр, отрывая кусок мяса, от того, что недавно было убаром, — Я даже готовлю свою еду.

— Вижу, — пошептал я, борясь с тошнотой.

Я был встревожен. Ещё недавно, я был уверен, что Белнара унёс с собой то, что я искал. Это подтверждал открытый ящик в его покоях.

— Он, — тихо сказал я, указывая на мясо в лапах животного.

Монстр поднял на меня свои глаза, не переставая работать челюстями.

— Кажется, он нёс с собой некие бумаги? — предположил он.

Существо пожало плечами, движение, в котором у кюра задействовалось практически всё туловище, и вернулось к своей трапезе.

Думаю, что он понял меня, просто ему не чего было мне ответить. Полагаю, если бы он заметил что-то интересное в руках Убара, пакет, пачку бумаг, или что-либо ещё, то он, скорее всего, ответил бы мне утвердительно. Не думаю, ему был смысл что-либо скрывать от меня. Мне показалось, что зверь был по-своему, расположен ко мне. К тому же, в данный момент у него уже было чем утолить свой голод.