— Я требую, чтобы её наказали, — заявила она.

— Возможно, это превосходное предложение, — заметил Бутс. — Учитывая, что она — рабыня, но имейте ли Вы в виду какую-либо вескую причину, по которой я должен это сделать.

— Мне не пришлось по вкусу её выступление, — пояснила свободная женщина.

— Довольно трудно угодить всем, — развёл руками Бутс. — Но я уверяю Вас, что, если я, её владелец, окажусь не полностью удовлетворен выступлением этой девки, я лично свяжу её и проконтролирую, что она была достаточно хорошо выпорота.

— А я считаю её выступление отвратительным, — заявила женщина.

— Да, Леди, — поклонился Бутс.

— И я считаю это оскорблением свободных женщин! — продолжила она.

— Да, Леди, — терпеливо ответил Бутс.

— Давайте уже досмотрим окончание комедии, — предложил кто-то из зрителей.

— Так избей её! — снова потребовала свободная женщина.

— Я не вижу причин избивать её, — заметил Бутс. — Она делает ровно то, что она, как предполагается, должна делать. Она повинуется. Она послушна. Если бы она не была послушна, тогда я избил бы её, более того, я бы проследил, чтобы порка было соответствующей и длительной.

— Избей её! — заверещала свободная женщина.

— Мне наказать её? — поинтересовался Бутс обращаясь к толпе.

— Нет! Нет! — послышались мужские выкрики.

— Продолжайте спектакль! — прокричал кто-то.

— А у Тебя есть лицензия на это выступление? — осведомилась свободная женщина.

— Помилуйте, Леди, — заговорил Бутс заискивающе. — У меня сейчас трудные времена. Только вчера, ради того, чтобы свести концы с концами я был вынужден продать свою рабыню, исполнявшую роль золотой куртизанки.

Надо признать, что трудно заниматься бизнесом вроде гореанской труппы Бутса без золотой куртизанки. Она является один из главных персонажей, вовлечённых в этом виде театрального искусства, и присутствует в пятидесяти — шестидесяти процентах фарсов, составляющих репертуар такой труппы. Уж лучше было бы попытаться прожить без торговца, Бригеллы, Бины, Лекчио или Чино. Я уже знал о трудностях Бутса, причём выяснил это ещё вчера вечером. И я даже счёл целесообразным, по моим собственным причинам, предпринять кое-какие действия, для решения этого вопроса.

— Итак, у Тебя есть лицензия? — надавила свободная женщина на него.

— В прошлом году, говоря по правде, я не имел таковой по причине своей ужасной рассеянности, — осторожно признал Бутс, — но я же не стану так рисковать дважды на Сардарской Ярмарке. Я уже уладил свои долги здесь. Тем более, что едва я успел уладить один, как я оказался лицом к лицу перед тысячей кредиторов пришедших с гвардейцами за их спинами. Они набросились на меня, как тарны на зазевавшегося табука. Понуждаемый наконечниками их копий я был рад удовлетворить все их притязания, причём далеко не всегда честные. И когда сделал всё это, то оказался в такой нищете, что вынужден был расстаться со столь великолепной актрисой, игравшей наиважнейшую роль.

— Так у Тебя есть лицензия, или нет? — она начала терять терпение.

— Я вынужден был продать своей золотую куртизанки, чтобы купить этот клочок бумаги, — заявил Бутс.

— Так значит, есть? — уточнила женщина.

— Да, добрая леди! — кивнул Бутс.

— В таком случае, я с удовольствием увижу, как её отменят, — заявила она.

— Хорошо, — буркнул один из мужчин подле меня. — Вот иди и проследи.

— Эй, продолжай представление! — призвал другой.

— Помилуйте, добрая леди, — взмолился Бутс.

— Не думаю, что сочту целесообразным оказывать Вам милосердие в данном вопросе, — сказала она.

— А может, есть смысл снять с неё одежду женщины из касты писцов и пройтись плетью по её спине? — вдруг предложил кто-то.

— Да, поработить её надо, — прорычал другой.

— А ну тихо, сброд! — закричала, оборачиваясь лицом к толпе.

— Сброд? — переспросил мужчина.

Само собой, толпа состояла главным образом из свободных мужчин.

— Сброд! — возмутился другой зритель.

— Животные и подонки! — завизжала она на мужчин.

— Поработить её! — призвал один из тех, кто стоял рядом.

— Ошейник на неё! — поддержал его второй. — Он быстро исправит её манеры.

— Долой её одежду, — крикнул третий. — В наручники её и на привязь!

— О, у меня как раз с собой и то и другое, — весело выкрикнул мужчина, демонстрируя указанные вещицы.

— Вот и превосходно, надень их на эту стерву и тащи её к кузнецу, — послышалось предложение из задних рядов.